Распределение бремени доказывания в уголовном процессе

ОБЯЗАННОСТЬ ДОКАЗЫВАНИЯ — в про­цес­су­аль­ном пра­ве пра­ви­ло рас­пре­де­ле­ния ме­ж­ду уча­ст­ни­ка­ми про­цес­са обя­зан­но­сти обос­но­вать на­ли­чие тех или иных об­стоя­тельств, су­ще­ст­вен­ных для раз­ре­ше­ния де­ла.

Ещё в рим­ском про­цес­се встре­ча­ют­ся ука­за­ния о том, на ком ле­жит бре­мя до­ка­зы­ва­ния: до­ка­зы­ва­ние ле­жит на том, кто ут­вер­жда­ет, а не на том, кто от­ри­ца­ет, на от­ри­цаю­щем нет обя­зан­но­сти до­ка­зы­вать (ei incumbit probatio qui dicit, non qui negat; negantis nulla probatio est).

В дей­ст­вую­щем пра­ве в уго­лов­ном про­цес­се обязанность доказывания яв­ля­ет­ся след­ст­ви­ем кон­сти­туционного прин­ци­па пре­зумп­ции не­ви­нов­но­сти. Бре­мя до­ка­зы­ва­ния ле­жит на сто­ро­не об­ви­не­ния и за­клю­ча­ет­ся в обя­зан­но­сти доз­на­ва­те­ля, сле­до­ва­те­ля, про­ку­ро­ра в хо­де уго­лов­но­го су­до­про­из­вод­ст­ва осу­ще­ст­в­лять со­би­ра­ние, про­вер­ку и оцен­ку до­ка­за­тельств, имею­щих зна­че­ние для ре­ше­ния во­про­са о на­ли­чии или от­сут­ст­вии со­бы­тия пре­сту­п­ле­ния и ви­нов­но­сти в его со­вер­ше­нии кон­крет­но­го ли­ца. Воз­ло­же­ние обязанности доказывания на об­ви­ни­те­ля яв­ля­ет­ся ос­но­вой ря­да пра­вил, дей­ст­вую­щих в уго­лов­ном су­до­про­из­вод­ст­ве. Так, об­ви­няе­мый не обя­зан до­ка­зы­вать свою не­ви­нов­ность (он име­ет пра­во да­вать по­ка­за­ния по предъ­яв­лен­но­му ему об­ви­не­нию ли­бо от­ка­зать­ся от да­чи по­ка­за­ний, уча­ст­во­вать в про­цес­се до­ка­зы­ва­ния или не уча­ст­во­вать в нём). Ес­ли не уст­ра­не­ны со­мне­ния в до­ка­зан­но­сти ви­нов­но­сти об­ви­няе­мо­го, то они тол­ку­ют­ся в его поль­зу (это пра­ви­ло дей­ст­ву­ет и в от­но­ше­нии лю­бо­го из об­стоя­тельств, ухуд­шаю­щих по­ло­же­ние об­ви­няе­мо­го). При­го­вор су­да не мо­жет ос­но­вы­вать­ся на том, что об­ви­няе­мый не пред­ста­вил до­ка­за­тельств сво­ей не­ви­нов­но­сти, не оп­ро­верг до­во­ды об­ви­не­ния. За­щит­ник об­ви­няе­мо­го так­же не обя­зан до­ка­зы­вать не­ви­нов­ность об­ви­няе­мо­го. Вы­пол­не­ние обязанности доказывания ор­га­на­ми рас­сле­до­ва­ния и про­ку­ро­ром вклю­ча­ет в се­бя не толь­ко ус­та­нов­ле­ние фак­тических об­стоя­тельств де­ла и их юри­дические ква­ли­фи­ка­ции, но и со­блю­де­ние пра­вил про­изводства дей­ст­вий, на­прав­лен­ных на по­лу­че­ние до­ка­за­тельств. Те из них, ко­то­рые по­лу­че­ны с на­ру­ше­ни­ем пра­вил, при­зна­ют­ся не­до­пус­ти­мы­ми и не име­ют юри­дической си­лы. Об­ви­не­ние долж­но про­ве­рить все вер­сии ис­сле­дуе­мо­го со­бы­тия, в том числе и те, ко­то­рые вы­дви­ну­ты за­щи­той. Обязанность доказывания вклю­ча­ет в се­бя тре­бо­ва­ние обос­но­ван­но­сти хо­да­тайств, с ко­то­ры­ми по де­лам пуб­лич­но­го и ча­ст­но-пуб­лич­но­го об­ви­не­ния ли­цо, осу­ще­ст­в­ляю­щее уго­лов­ное пре­сле­до­ва­ние, об­ра­ща­ет­ся к су­ду. Ес­ли по де­лам пуб­лич­но­го и ча­ст­но-пуб­лич­но­го об­ви­не­ния долж­но­ст­ное ли­цо, осу­ще­ст­в­ляю­щее уго­лов­ное пре­сле­до­ва­ние, при­дёт к вы­во­ду об от­сут­ст­вии за­кон­ных ос­но­ва­ний для его про­дол­же­ния, то де­ло пре­кра­ща­ет­ся. Ли­цо, по­дав­шее за­яв­ле­ние в суд по де­лу ча­ст­но­го об­ви­не­ния, — ча­ст­ный об­ви­ни­тель — не не­сёт обязанности доказывания, но име­ет про­цес­су­аль­ные пра­ва, пре­до­став­ляю­щие ему воз­мож­ность от­стаи­вать за­яв­лен­ные им тре­бо­ва­ния. От­каз ча­ст­но­го об­ви­ни­те­ля под­дер­жи­вать об­ви­не­ние, как и его не­яв­ка в суд, вле­чёт пре­кра­ще­ние уго­лов­но­го де­ла.

В гра­ж­дан­ском су­до­про­из­вод­ст­ве в си­лу пре­зумп­ции доб­ро­со­ве­ст­но­сти обязанности доказывания рас­пре­де­ля­ет­ся ме­ж­ду сто­ро­на­ми та­ким об­ра­зом, что ка­ж­дая сто­ро­на долж­на до­ка­зать те об­стоя­тель­ст­ва, на ко­то­рые ссы­ла­ет­ся как на ос­но­ва­ния сво­их тре­бо­ва­ний и воз­ра­же­ний. При этом суд оп­ре­де­ля­ет, ка­кие об­стоя­тель­ст­ва име­ют зна­че­ние для де­ла и ка­кой сто­ро­не над­ле­жит их до­ка­зы­вать. Ана­ло­гич­ное рас­пре­де­ле­ние обязанности доказывания дей­ству­ет и в ар­бит­раж­ном су­до­про­из­вод­ст­ве. Осо­бен­ность со­сто­ит в том, что обязанность доказывания об­стоя­тельств, по­слу­жив­ших ос­но­ва­ни­ем для при­ня­тия государственными ор­га­на­ми, ор­га­на­ми ме­ст­но­го са­мо­управ­ле­ния, ины­ми ор­га­на­ми, долж­но­ст­ны­ми ли­ца­ми ос­па­ри­вае­мых ак­тов, ре­ше­ний, со­вер­ше­ния дей­ст­вий (без­дей­ст­вия), воз­ла­га­ет­ся на со­от­вет­ст­вую­щие ор­ган или долж­но­ст­ное ли­цо.

В ад­ми­ни­ст­ра­тив­ном су­до­про­из­вод­ст­ве дей­ст­ву­ет прин­цип пре­зумп­ции не­ви­нов­но­сти, в си­лу че­го обязанность доказывания ле­жит на уча­ст­ни­ке про­цес­са, от­стаи­ваю­щем об­ви­не­ние ли­ца в со­вер­ше­нии пра­во­на­ру­ше­ния.

Вы, конечно слышали, что нельзя доказывать отсутствие чего-либо, требуется доказывать наличие.

Беда в том, что большинство, разумеется, абсолютизировали это правило, сделав из него эдакую (псевдо)Атеистическую заповедь. При этом не понимая ни смысла, ни области применения правила, но считая себя принадлежащими к илите, обладающей Великим Сокровенным Знанием.

Итак, по пунктам:

1. Первое, оно же главное. Логическая ошибка «Аргумент к незнанию» (argumentum ad ignorantiam) — аргумент или довод, рассчитанный на неосведомлённость убеждаемого, когда делается вывод, что некоторое утверждение верно, поскольку никто не доказал, что оно ошибочно, или, наоборот, что утверждение ошибочно, поскольку никто не доказал его истинности.

Ошибка часто возникает в связи с вопросом существования Бога, сверхъестественных и паранормальных явлений, теории заговора, или даже политики, где часто невозможно чётко установить причину или даже сам факт появления определённого явления (события), когда не ограничены рамки, не задана «область определения».

2. Иллюстрация этой ошибки — тот самый Чайник Рассела.

«Если бы я стал утверждать, что между Землей и Марсом вокруг Солнца по эллиптической орбите вращается фарфоровый чайник, никто не смог бы опровергнуть моё утверждение, добавь я предусмотрительно, что чайник слишком мал, чтобы обнаружить его даже при помощи самых мощных телескопов.»

Обратите внимание — Рассел ограничивает технологические способы обнаружения и расширяет пространство, в котором следует искать.
Те. доказать отсутствие чайника можно, ограничив объем пространства (например, одним кубическим метром), либо расширив технологию — например, при изобретении прибора, способного гарантированно обнаружить ВСЕ объекты между Землей и Марсом с размером не менее, чем чайник.

3. Примеры
В математике есть определенное количество утверждений, которые начинаются со слов «не существует…» Это также доказательства отсутствия. Например: не существует действительного числа, квадрат которого равен (-2). Или отсутствие решений уравнения.
Собственно, математикой можно было и ограничиться… но продолжим.

Более жизненный пример: в бухгалтерии — отсутствие средств на счету. Что может быть наглядней пустой кассы?

Это можете повторить дома. В корзине лежат 1000 шаров. Мы достаём из корзины по одному шару. Мы можем доказать отсутствие чёрного шара, достав все шары (даже если мы достанем 999 шаров, то не будем уверены, что 1000-й шар белый).
Можно придумать аналогию чайника Рассела — если мы не можем достать шары (допустим, они находятся в ведьмином студне), то доказать отсутствие черного шара не можем. https://ru.wikipedia.org/wiki/Пикник_на_обочине

Особо следует отметить алиби.
Хотя argumentum ad ignorantiam является ошибочным для дедуктивной логики, он может быть допустимым доказательством в суде, где принцип презумпции невиновности является примером его применения: пока не доказано обратного, обвиняемый считается невиновным. Другой пример корректного использования этого принципа в суде — это случай, когда принимается, что квалифицированное расследование, проведённое с соблюдением необходимых процедурных норм должно установить, состоялось ли определённое событие, и то, что такое расследование оказалось не в состоянии установить факт происшествия, считается достаточным доказательством отсутствия события.

Т.е. — алиби — это пример доказательства отсутствия человека на месте преступления. Причём присутствием в другом месте доказывается отсутствие на месте преступления.

3. Психология
Частенько доказать отсутствие чего-то очень сложно, и велико искушение свалить трудности на оппонента: мол, доказательство невозможно, а вот ты докажи-ка присутствие.

4. Вера и атеизм
Из того, что существование Бога невозможно доказать, не следует, что Бог не существует. Существование Бога вообще невозможно ни доказать, ни опровергнуть.

Проблема распределения обязанностей по доказыванию характерна для гражданского и арбитражного судопроизводств. Как известно, в уголовном процессе доказывание вины составляет процессуальную обязанность только органов обвинения.

В ГПК содержится норма, согласно которой каждый участник доказывает то, на что он ссылается: истец — на факты основания иска, ответчик — на факты возражения против него.

Указанное положение, закрепленное в ст. 56 ГПК, было известно ГПК РСФСР 1923 г. (ст. 118). Также существовало оно и в Уставе гражданского судопроизводства Российской империи 1864 г. (ст. 366) и по существу является правовой аксиомой. В доказывании помимо сторон участвуют прокурор, субъекты, защищающие права других лиц, а также заявители в делах неисковых производств, — т.е. все лица, участвующие в деле, а также их представители.

В соответствии с ч. 2 ст. 56 ГПК позиция суда в состязательном процессе такова: если представленных доказательств недостаточно, суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

Судья непосредственно включается в процесс доказывания, когда он:

  • • назначает судебные экспертизы по правилам ст. 79 ГПК;
  • • дает поручения другим судам о собирании доказательств по правилам ст. 62 ГПК;
  • • истребует письменные и вещественные доказательства от организаций и граждан в случаях, когда лица, участвующие в деле, не могут сами их получить;
  • • выдает лицу, ходатайствующему об истребовании того или иного средства доказывания, запрос на право его получения для представления в суд.

Однако общее правило распределения обязанностей по доказыванию и представлению доказательств существенно изменяют в гражданском судопроизводстве так называемые доказательственные презумпции.

Презумпция представляет собой логический прием (неполная индукция), при котором из установленных фактов делается предположение о существовании или отсутствии другого обстоятельства. Такой вывод основан на диалектическом законе всеобщей связи и взаимозависимости в мире.

Презумпции многочисленны и разнообразны, часть из них закреплена законом (легальные презумпции). Не вошедшие в нормативные акты презумпции (фактические презумпции) также могут иметь значение в гражданской юрисдикции, поскольку являются элементами правосознания судей.

Суть доказательственных презумпций, характерных для гражданского судопроизводства, заключается в том, что лицо, участвующее в деле, ссылаясь на тот или иной презюмируемый факт (устанавливаемый посредством презумпции), не должно его доказывать, а иные юридически заинтересованные лица вправе его опровергать. Происходит как бы перенос бремени (обязанности) доказывания.

Доказательственные презумпции дают возможность делать заключения об истинности одних фактов из доказанности других. Все названные презумпции закреплены в материально-правовых законах (ГК, СК и др.).

Чаще всего при рассмотрении гражданских дел суд опирается на следующие виды презумпций:

  • • презумпция вины должника. По действующему законодательству привлечь к ответственности гражданина или организацию можно лишь при условии их вины. При неисполнении либо ненадлежащем исполнении обязательства должник предполагается виновным и ему предоставляется возможность опровергать предполагаемую вину (ст. 401 ГК);
  • • презумпция добропорядочности гражданина. Каждый человек предполагается добропорядочным до тех пор, пока в установленном порядке не будут убедительно доказаны факты, отрицательно его характеризующие (ст. 152 ГК). В силу данной презумпции обязанность доказывания правильности и достоверности информации, затрагивающей честь, достоинство и деловую репутацию гражданина, возлагается на ответчиков (лиц, распространивших данную информацию). Истец лишь должен доказать факт распространения порочащих его сведений;
  • • презумпция собственности (ст. 209 ГК). Лицо, владеющее и пользующееся какой-либо вещью, предполагается ее собственником, пока не будет доказано обратное, т.е. пока данное предположение не будет опровергнуто в установленном порядке;
  • • презумпция смерти длительно отсутствующего гражданина. Если человек отсутствует в месте своего постоянного пребывания свыше определенного законом срока и о нем нет сведений, то суд на основании данной презумпции и по правилам особого производства признает лицо умершим (ст. 45 ГК);
  • • презумпция отцовства. Муж матери ребенка, родившегося от лиц, состоящих в зарегистрированном браке, предполагается отцом этого младенца (ст. 48 СК). Мужчина вправе оспаривать отцовство в судебном порядке.

Судебной практике известны и другие доказательственные презумпции. При этом необходимо отметить, что все без исключения доказательственные презумпции опровержимы, однако сам факт их использования в судебном познании делает выводы суда об обстоятельствах дела не истинными, а всего лишь вероятными.

В гражданском процессе значение презумпций состоит в том, что они:

  • • не только изменяют общие правила распределения обязанностей по доказыванию, но и упрощают процесс доказывания (ответчику легче и проще доказать свою невиновность, чем истцу обосновать вину другого лица);
  • • вносят нравственные начала в судебное познание (презумпция отцовства, собственности и др.);
  • • предоставляют процессуальные льготы для защиты наиболее социально значимых субъективных прав и законных интересов.

Преступления нередко нарушают имущественные субъективные права граждан и юридических лиц. Одним из средств устранения преступных последствий выступает в уголовном процессе гражданский иск.

Статья 46 Конституции Российской Федерации гарантирует каждому судебную защиту гражданских прав.

В случае нарушения имущественных прав гражданина непосредственно преступными действиями заявленный им гражданский иск может быть рассмотрен совместно с уголовным делом.

Согласно ст. ст. 44 и 54 УПК РФ лицо (физическое или юридическое), понесшее имущественный вред от преступления, вправе при производстве по уголовному делу предъявить гражданский иск к подозреваемому (обвиняемому) или лицам, несущим имущественную ответственность за их действия.

Гражданский иск в уголовном процессе — это письменное требование физического или юридического лица о возмещении имущественного вреда, причиненного непосредственно преступлением, а также об имущественной компенсации морального вреда, адресованное органу предварительного расследования, судье или суду.

Гражданскими истцами могут признаваться: 1) собственник похищенного имущества либо его законный владелец (наниматель, хранитель, арендатор); 2) лицо, организация, понесшие материальный ущерб в результате утраты заработка, расходов на лечение или иных затрат, связанных с преступлением, причинившим вред здоровью; 3) иждивенцы умершего либо лица, имевшие право на получение от него содержания.

Гражданский иск в защиту интересов несовершеннолетних, лиц, признанных недееспособными либо ограниченно дееспособными, а также лиц, которые по иным причинам не могут защищать свои права, согласно ч. 3 ст. 44 УПК может быть предъявлен их законным представителем или прокурором, а в защиту государства — прокурором.

В гражданском судопроизводстве исковое заявление подается суду в письменной форме (ст. ст. 131 и 132 ГК). В уголовном судопроизводстве (по аналогии) исковое заявление при рассмотрении уголовного дела должно подаваться суду, а при расследовании следователю или дознавателю также в письменной форме.

Основания гражданского иска могут быть классифицированы на фактические и юридические.

Фактические основания — это совокупность сведений о причинении вреда (убытков) преступлением, могущая быть положена в основу для заявления физическим или юридическим лицом исковых требований о его возмещении (компенсации) при расследовании или рассмотрении уголовного дела. Из теории доказывания вытекает, что любое уголовно-процессуальное решение, в том числе о подаче гражданского иска, признания лица гражданским истцом, принимается на основе достаточной совокупности фактических данных, возведенных в процессуальный статус доказательств.

Достаточность доказательств для принятия решения о предъявлении гражданского иска уголовно-процессуальный закон связывает с наличием причиненного преступлением имущественного, физического или морального вреда, причинно-следственной связи между преступлением и вредом как отрицательным последствием, наступившим в результате его совершения.

Юридические основания — это нормы уголовно-процессуального и гражданского права, предоставляющие физическому или юридическому лицу право требовать от ответчика возмещения причиненного ему преступлением имущественного вреда (убытков) и компенсации морального вреда.

Особенности гражданского иска в уголовном процессе:

а) истец не обязан указывать в иске конкретного ответчика (он его может и не знать) до установления лица, совершившего преступление;

б) истец освобождается от оплаты государственной пошлины;

в) обязанность доказывания вида и размера вреда возлагается на орган расследования (а не истца, как это предусмотрено в гражданском судопроизводстве).

Значение гражданского иска в уголовном процессе заключается в том, что совместное рассмотрение гражданского иска с уголовным делом:

а) обеспечивает наиболее быстрое восстановление имущественных прав потерпевшего;

б) исключает принятие судом противоречивых решений по одним и тем же вопросам;

в) освобождает потерпевшего, подсудимого и других субъектов процесса дважды участвовать в производстве по делу;

г) позволяет правильно квалифицировать преступное событие.

Предметом гражданского иска является требование физического или юридического лица, адресованное суду (следователю, дознавателю), о возмещении имущественного вреда, компенсации морального вреда, причиненного непосредственно преступлением (ч. 1 ст. 44УПК).

Все остальные иски, содержащие требования о возмещении убытков, а не вреда (причиненных преступлением опосредованно третьим лицам, например расходы, понесенные родственниками в связи с погребением погибшего), исходя из буквального толкования ч. 1 ст. 44 УПК, рассмотрению с уголовным делом не подлежат. Они должны рассматриваться в порядке гражданского судопроизводства.

Вместе с этим при расследовании и рассмотрении уголовных дел имеют место случаи подачи заинтересованными лицами гражданских исков о возмещении понесенных убытков, когда они причинены преступлением опосредованно. Рассмотрение таких исков нередко представляется целесообразным, поскольку достигаются цели соединенного процесса, исключается дублирование рассмотрения одних и тех же вопросов, принятия по ним различных решений.

Завершая исследование гражданско-правовых способов возмещения вреда в уголовном процессе, можно сделать следующие выводы:

— гражданско-правовые способы возмещения вреда (ст. 1082 ГК РФ) могут использоваться в сфере уголовного судопроизводства.

— уголовно-процессуальные виды способов возмещения вреда:

1) гражданский иск в уголовном деле (ч. 2 ст. 44 УПК);

2) возвращение отчужденного имущества его владельцу (уголовно-процессуальная реституция) (ч. 2 ст. 82 УПК);

3) заглаживание вреда, причиненного потерпевшему несовершеннолетним обвиняемым (п. «в» ч. 2 ст. 90 УК, ч. 1 ст. 427 УПК);

4) добровольное возмещение вреда наиболее правильно именовать формами реализации гражданско-правовых способов возмещения вреда и убытков.