Работа бухгалтером в Германии

«Партнер» №2 (137) 2009г.

С ОБРАЗОВАНИЕМ, НО БЕЗ РАБОТЫ

Татьяна Бальцер (Кёльн)

Некоторое время назад в одной из крупнейших немецких газет была опубликована статья «Умные мигранты». Заголовок был придуман по всем правилам журналистики: он был броским и интригующим. Ведь один из способов придать заголовку привлекательность — это объединить в нем, казалось бы, несовместимое. В самом деле: умные мигранты — возможно ли такое? В представлении некоторых граждан, а возможно, и многих (иначе редакция не назвала бы статью так), это словосочетание кажется противоречивым. Представления об иммигрантах нередко стереотипны: плохо образованны, неправильно говорят по-немецки, а потому и выполнять им только неквалифицированную работу.

По статистике агентства по труду, большинство иммигрантов, действительно, заняты неквалифицированным трудом. Так, примерно половина русскоязычных жителей страны работоспособного возраста работают в качестве наемных работников полный рабочий день. Из них около 68 процентов выполняют неквалифицированную, вспомогательную работу. Почти треть наших соотечественников не работает вовсе. Причем часто не спасает и наличие профессионального образования.
Более того, если для трудоустройства коренных немцев высокая квалификация очень важна, и чем выше уровень образования, тем больше шансов найти работу, то для наших соотечественников этот закон рынка труда не действует. Здесь как раз всё наоборот: тем, у кого высшее образование, найти работу трудно.
Для сравнения: среди коренных немцев безработных «академиков» — всего 4 процента, а среди иммигрантов в Германии — 13 процентов (кстати, по оценкам экспертов кёльнского Института немецкой экономики, это самый высокий показатель среди всех индустриальных стран мира и в Евросоюзе, в частности). Среди русскоязычных иммигрантов безработных «академиков» — почти половина.

Невостребованный энтузиазм

Анна Зайферт — одна из многих переселенцев, у которой есть высшее образование, но нет работы. Приехав в Германию восемь лет назад из бывшей столицы Казахстана, она хорошо помнит, как по пути из аэропорта в лагерь во Фридланд, где предстояло пройти процедуру приема для новоприбывших, она восторженно делилась своими планами с встретившей ее семью дальней родственницей: через полгода закончить языковые курсы, потом переехать из общежития в квартиру и сразу же устроиться на работу. Вместо того, чтобы поддержать ее энтузиазм, родственница лишь махнула рукой: «О работе — забудь. Даже и не мечтай, чтобы потом не разочароваться. Нормальную работу ты здесь не найдешь».
В Алма-Ате Анна была бухгалтером. В Германии она и не ставила перед собой цель работать по специальности, понимая, что в стране с иным экономическим порядком это не так-то просто, и поэтому хотела найти «какую-нибудь работу в бюро».
Из лагеря ее с сыном отправили в небольшой поселок в земле Бранденбург. После жизни в казахской столице с более чем миллионым населением нужно было привыкать к неторопливому укладу небольшого поселка. Закончив языковые курсы, Анна, как и предсказывала ее родственница, работу не нашла. Да и на что можно было рассчитывать в местности, отдаленной от больших и даже средних городов, откуда и коренное-то население разбегалось в поисках лучшей доли и где процент безработицы был одним из самых высоких в стране? Переехать же в другое место Анна не имела права: закон обязал ее три года жить там, куда направили. Переехать можно было лишь в том случае, если она найдет работу.
После года поисков Анна получила место упаковщицы в одной небольшой фирме за 100 км от дома и переехала с сыном в городок побольше. «Через год это предприятие обанкротилось, и я опять оказалась не у дел, — рассказывает Анна. — Тогда я обратилась на биржу труда, надеясь, что дадут возможность учиться в двухгодичной экономической школе. Ничего не получилось, отказали. Но я по-прежнему была оптимисткой и стала ездить в соседний город в народную высшую школу: то на языковые, то на компьютерные курсы. Платила за них, естественно, сама, из своего скромного пособия по безработице. При этом приходилось экономить даже на нашем с сыном питании. Но очень уж хотелось научиться тому, чего я еще не умела, и найти работу».
Через какое-то время Анна всё же добилась, чтобы биржа труда оплатила ей хотя бы трехмесячные компьютерные курсы. Закончила она их как раз тогда, когда безработица в стране достигла своего пика, в феврале 2005 года. В общем, опять не сложилось. К тому же полученный сертификат имел не слишком большую ценность на рынке труда: он свидетельствовал не о профессиональном образовании, а всего лишь об умении работать на компьютере. И Анна еще раз убедилась: родственница была права.
Несмотря на все усилия, она последние годы — постоянный клиент биржи труда. От ее былого энтузиазма не осталось и следа. Сейчас Анне 47 лет. «Мое время ушло, — машет рукой она, — экономический диплом из Казахстана остался бумажкой. Доучиться по своей профессии или переучиться на другую не получилось. Мне просто не хватило информации в самом начале, не смогла правильно сориентироваться, что и как нужно было бы делать, ведь всё было незнакомо. И подсказать было некому. А теперь я уже старая…»

18 курсов фонда Отто Бенеке

И тем не менее, не всё потеряно и для Анны, и для других таких, как она. В последнее время появилось больше возможностей адаптировать образование, полученное в странах СНГ, к немецкому рынку труда. Конечно, воспользоваться новыми возможностями можно, лишь зная о них. Именно эта проблема — информированность и целенаправленный менеджмент в вопросах интеграции — обсуждалась на недавнем форуме фонда Отто Бенеке в Бонне. Многие его участники подчеркивали, что важно до- или переучивать не только иммигрантов, но и тех, кто с ними работает, кто их консультирует или должен это делать.
По словам представительницы федерального Министерства по труду и социальным вопросам Кристианы Фос-Гундлах, биржи труда обычно направляют иммигрантов на краткосрочные курсы (до 3 месяцев), где приобретаются какие-либо навыки, но не профессия.
Представители же коренного населения, опять-таки по ее словам, наоборот, чаще получают курсы, где можно обучиться какой-либо специальности.
Другая проблема — неиспользованный потенциал специалистов с высшим образованием. Исследования Института немецкой экономики показали, что среди иммигрантов «академиков» почти столько же, сколько и среди коренного населения (см. статью «Инвентаризация иммиграции» в журнале «Партнёр» № 1/2009). И хотя стране очень нужны, например, инженеры и учителя, многие дипломированные иммигранты остаются не у дел.
Причины — различные. Среди основных можно назвать, пожалуй, следующие:

√ непризнание дипломов
√ недостаточные знания немецкого языка, необходимые для специалистов с высшим образованием
√ отсутствие или недостаток специальных языковых курсов для «академиков», в том числе курсов профессионального языка
√ недостаточное количество курсов по адаптации имеющихся профессиональных знаний для немецкого рынка труда
√ недостаточные навыки в самомаркетинге, так как в стране происхождения не было необходимости уметь «продавать себя»
√ плохая ситуация на рынке труда для определенных профессий
√ предрассудки по отношению к дипломированным специалистам-иммигрантам и неготовность работодателей принять их на работу
√ завышенные ожидания иммигрантов и переселенцев.

Самое первое препятствие — непризнание дипломов, не в силах одолеть и фонд Отто Бенеке. «Я считаю скандалом, что в стране до сих пор не решена проблема с признанием дипломов», — подчеркнул председатель фонда Лотар-Теодор Лемпер.
Но всё же большинство перечисленных проблем эта организация решает по мере возможностей, постоянно расширяя свои программы. В последнее время появилось особенно много новых курсов. Так, программа AQUA, рассчитанная на повышение квалификации «академиков», готовит сейчас специалистов по 18 направлениям. Хорошие шансы у имеющих технические и экономические профессии, а также некоторые гуманитарные.
При этом для приема на курсы не имеет значения возраст и продолжительность проживания в Германии, что раньше было непреодолимым препятствием для многих. Важно лишь быть получателем пособия по безработице. В некоторых случаях фонд может оплатить учебу и тем, кто не получает пособия, если зарплата второго работающего члена семьи не слишком высока.
Уже три года с помощью фонда Отто Бенеке можно повышать квалификацию по следующим специальностям: оптические технологии, информатика, внешняя торговля, предупреждение наркотической и алкогольной зависимости.
Два года назад AQUA добавила в свою программу еще несколько направлений: строительное дело, профилактика здоровья, машиностроение, микросистемная техника, молекулярная биология, управление производством, работа по связям с общественностью, регенеративно-энергетическая техника, менеджмент в сфере туризма.
А сейчас есть возможность улучшить свою подготовку по таким специальностям, как лазерная техника, логистика и производственный менеджмент, мехатроника, техника и охрана окружающей среды, медицинская техника.

Русскоязычные учителя в немецких школах

Появились новые возможности и для учителей. В мае этого года уже в третий раз начнутся занятия для русскоязычных преподавателей, проживающих в земле Северный Рейн-Вестфалия. Главное условие для приема на курсы — подтвержденная в Германии квалификация учителя по двум предметам.
«Мы знаем, что как раз это часто становится камнем преткновения для большинства дипломированных педагогов из стран СНГ, которые у себя на родине обучались как преподаватели одного предмета, — говорит представительница фонда Отто Бенеке Ютта Шниперринг. — Но известно и то, что подготовка учителей в СНГ обширнее и глубже, чем у их немецких коллег. Например, учителя математики изучали, как правило, и информатику. Поэтому им в заявлении на признание диплома нужно обязательно указывать, что они преподавали и информатику. То есть даже если в дипломе написано «учитель математики», но в перечне изучаемых предметов значится информатика и учителя укажут, что преподавали ее, то правительство земли, где рассматриваются заявления о признании диплома, обычно подтверждают квалификацию такого преподавателя по этим двум предметам».
Подобный выход наверняка могут найти и учителя химии, биологии, физики и других естественных наук. В определенных случаях на курсы могут быть приняты и преподаватели музыки и искусства. А вот у филологов и историков шансов работать в общеобразовательной школе по-прежнему практически нет.
«Желательно, чтобы немецкий язык был на хорошем уровне, — продолжает Ютта Шниперринг, — но даже если это и не совсем так, не следует тушеваться. Мы же не собираемся готовить преподавателей немецкого языка». Языковой подготовке, кстати, уделяется серьезное внимание, также как и дидактике, педагогике и практическим занятиям.

Менеджеры по интеграции

Лариса Хайцман, одна из участниц форума Отто Бенеке, по профессии как раз учитель. Причем именно тех предметов, с которыми работать в общеобразовательных школах практически невозможно: ее специальности русский и немецкий языки. И тем не менее, Лариса нашла свое призвание: она стала преподавать немецкий в высшей народной школе и на курсах для переселенцев. Конечно, помогло то, что после окончания Ивано-Франковского пединститута немецкий она знала отлично. Да и в Германию приехала по любви, то есть вышла замуж за немца из Магдебурга, и потому сразу появилась возможность еще лучше совершенствовать язык.
И вот уже 15 лет Лариса работает с иммигрантами из различных стран. А с недавнего времени она не только учитель, но и консультант по вопросам интеграции в одной из организаций саксонско-анхальтской столицы. «По сравнению с прежними годами, сейчас появилось очень много различных обществ, которые стараются помочь иммигрантам, — делится она своим многолетним опытом. — Но проблема в том, что большинство этих организаций работают несогласованно. По этой причине иммигранты, приехав в страну, обращаются то туда, то сюда и по-прежнему плохо информированы, не могут оперативно сориентироваться и выбрать рациональный путь.
Было бы лучше, если бы человеку в самом начале была предоставлена возможность постучаться только в одну дверь, за которой его встретил бы квалифицированный менеджер по интеграции. Ведь в этой ситуации нужен специалист, который владеет всей полнотой информации и знает, какими возможностями может воспользоваться тот или иной человек и куда он может обратиться, чтобы адаптировать свою квалификацию.
Прежде чем что-то выбрать и определиться, самое важное — правильно сориентироваться…»