Пленум о присяжных заседателях

Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 13.02.2018 N 5 «О применении судами некоторых положений Федерального закона «О присяжных заседателях федеральных судов общей юрисдикции в Российской Федерации»

Верховным Судом РФ в связи с началом осуществления с 1 июня 2018 рассмотрения уголовных дел с участием присяжных заседателей в районных судах направляет разъяснения, касающиеся:

порядка формирования, утверждения и направления в суды и органы государственной власти основного и запасного списков кандидатов в присяжные заседатели муниципальных образований;

порядка составления высшим исполнительным органом власти субъекта РФ общего и запасного списков кандидатов в присяжные заседатели субъекта РФ, списки и запасные списки кандидатов в присяжные заседатели округов, общий и запасной списки кандидатов в присяжные заседатели для соответствующего окружного (флотского) военного суда и нижестоящих по отношению к нему гарнизонных военных судов;

сроков составления списков и запасных списков кандидатов в присяжные заседатели;

сохранения полномочий присяжных заседателей у граждан, ранее включенных в списки кандидатов в присяжные заседатели;

обязанностей председателей верховных судов субъектов РФ по внесению в высший исполнительный орган государственной власти соответствующего субъекта РФ представления о числе кандидатов в присяжные заседатели, необходимом для работы как верховного суда субъекта РФ, так и всех районных судов, действующих на территории субъекта РФ, и обязанностей председателей окружных (флотских) военных судов по внесению представлений о числе кандидатов в присяжные заседатели, необходимом для работы соответствующих судов и нижестоящих по отношению к ним гарнизонных военных судов;

обязанностей председателей судов в случае если численность населения муниципальных образований, на территорию которых распространяется юрисдикция районного суда, является недостаточной для формирования списков кандидатов в присяжные заседатели;

правил образования округа, включающего несколько муниципальных образований;

правил подписания и направления в суды списков кандидатов в присяжные заседатели муниципальных образований;

особенностей формирования списков кандидатов в присяжные заседатели в случаях, когда юрисдикция районного суда распространяется на несколько муниципальных образований, и в случаях, когда районный суд расположен на территории одного муниципального образования, а его юрисдикция распространяется на территорию другого муниципального образования;

особенностей составления списков кандидатов в присяжные заседатели в случае образования округа.

Кроме того, Верховный Суд РФ разъясняет, что граждане, включенные в общий и запасной списки кандидатов в присяжные заседатели субъекта РФ, списки и запасные списки кандидатов в присяжные заседатели округов, общий и запасной списки кандидатов в присяжные заседатели для соответствующего окружного (флотского) военного суда и нижестоящих по отношению к нему гарнизонных военных судов, не исключаются из списков и запасных списков кандидатов в присяжные заседатели муниципальных образований. С учетом этого суд при отборе кандидатов в присяжные заседатели для участия в рассмотрении конкретного уголовного дела и при составлении предварительного списка должен обеспечить неукоснительное соблюдение требований УПК РФ, исходя из которых одно и то же лицо не может участвовать в течение года в судебных заседаниях в качестве присяжного заседателя более одного раза, в том числе в судах различных уровней.

15 мая 2018 года Верховный Суд Российской Федерации внес изменения в постановление Пленума от 22.11.2005 № 23 «О применении судами норм Уголовно-процессуального кодекса, регулирующих судопроизводство с участием присяжных заседателей», разъясняющего вопросы судопроизводства с участием присяжных заседателей.

Новая редакция документа связана с рядом законодательных изменений, в том числе с введением с 1 июня 2018 года института присяжных заседателей на уровне районных и гарнизонных военных судов.

Верховный Суд напомнил, что по ходатайству обвиняемого с участием присяжных рассматриваются уголовные дела о преступлениях, предусмотренных п. 2 ч. 2 ст. 30 УПК РФ, а районный суд, гарнизонный военный суд – о преступлениях, предусмотренных п. 1 ч.2 ст. 30 УПК РФ.

Если по делу привлечены в качестве обвиняемых несколько лиц, ходатайствовать о рассмотрении дела судом с участием присяжных заседателей вправе только те из них, которые обвиняются в совершении указанных преступлений.

Следователь при ознакомлении обвиняемого с материалами уголовного дела обязан разъяснить ему не только право ходатайствовать о рассмотрении в суде присяжных, но и особенности рассмотрения уголовного дела этим судом, его права и порядок обжалования судебного решения, о чем в протоколе делается запись и отражается позиция обвиняемого по указанному вопросу. Невыполнение следователем данного требования является препятствием для рассмотрения уголовного дела судом.

В случаях, когда один или несколько обвиняемых заявили ходатайство о рассмотрении дела судом присяжных, а остальные отказываются от такого состава суда, а также, когда среди фигурантов дела есть несовершеннолетние, то следователь решает вопрос о выделении уголовных дел в отношении этих обвиняемых в отдельное производство.

Обвиняемый может ходатайствовать о рассмотрении его дела судом присяжных не только после ознакомления с материалами дела, но и после передачи дела в суд: фигурант дела вправе обратиться с просьбой о рассмотрении его дела коллегией присяжных в течение трёх дней с момента получения копии обвинительного заключения.

Ходатайство о рассмотрении дела судом с участием присяжных заседателей может быть заявлено обвиняемым как после ознакомления с материалами дела на предварительном следствии (ч. 5 ст. 217 УПК РФ), так и после направления прокурором уголовного дела с обвинительным заключением в суд в течение 3 суток со дня получения обвиняемым копии обвинительного заключения. Для рассмотрения такого ходатайства судья назначает предварительное слушание (п. 5 ч. 2 и ч. 3 ст. 229 УПК РФ).

В случае, когда на скамье подсудимых оказывается несколько человек, в том числе имеющие право на суд присяжных и если после направления дела в суд хотя бы один из них обратился с ходатайством о такой форме судопроизводства, то судья в ходе предварительного слушания выясняет мнение остальных подсудимых о рассмотрении дела в таком составе.

Если один или несколько обвиняемых отказываются от суда присяжных, то судья решает вопрос о выделении их дела в отдельное производство.

При отсутствии возражений у остальных обвиняемых, а также в случае принятия решения о невозможности выделения уголовного дела в отдельное производство судья назначает дело к рассмотрению судом с участием присяжных заседателей.

Высшая инстанция также обращает внимание судов на необходимость выполнения ими требований п. 6 ч. 1 ст. 51 УПК РФ об обязательном участии защитника по делам, подлежащим рассмотрению судом с участием присяжных заседателей. Участие защитника обеспечивается каждому обвиняемому с момента заявления хотя бы одним из обвиняемых ходатайства о рассмотрении уголовного дела судом с участием присяжных заседателей.

Верховный Суд России указал причины отвода кандидатов от попадания в коллегию, отнеся к ним ошибки с личными данными потенциальных заседателей или их участие в другом процессе. В случае установления несовпадения данных о личности кандидата, указанных в списке, составленном в соответствии с законом о присяжных заседателях, с данными о личности кандидата в присяжные заседатели, указанными в его паспорте, он не может принимать участие в процедуре формирования коллегии присяжных заседателей.

Кроме того, один и тот же человек может участвовать в судебных заседаниях в качестве присяжного не более одного раза в течение десяти рабочих дней в календарном году либо все время до окончания рассмотрения дела. В ходе опроса кандидатов, судье надлежит выяснить, не участвовал ли кандидат в качестве присяжного заседателя в судебном заседании в течение календарного года и не является ли он присяжным заседателем по другому делу, в том числе рассматриваемому в другом суде.

Верховный Суд подчеркивает, что в списках кандидатов приводятся только такие сведения о возможном присяжном, которые позволят сформировать коллегию заседателей: данные о возрасте, образовании и социальном статусе кандидата (роде его деятельности). Председательствующий судья должен разъяснить кандидатам в члены коллегии не только их права, но и юридические последствия неиспользования прав на участие в суде присяжных, принять меры к тому, чтобы задаваемые кандидатам вопросы понимались однозначно, не повторяли ранее заданные вопросы, были конкретными, связанными только с теми обстоятельствами, которые препятствуют участию кандидатов в присяжные заседатели в рассмотрении данного уголовного дела.

При замене председательствующего судьи необходимо формировать и новую коллегию присяжных. Если в процессе рассмотрения дела до провозглашения вердикта присяжными заседателями председательствующий лишается возможности продолжать участие в судебном заседании, то он заменяется другим судьей, который приступает к формированию новой коллегии присяжных заседателей в порядке, предусмотренном статьей 328 УПК РФ.

Верховный Суд напоминает, что в присутствии присяжных не подлежат исследованию процессуальные решения – постановление о возбуждении уголовного дела, о привлечении в качестве обвиняемого, о выделении в отдельное производство дела в отношении соучастника преступления и процессуальные решения по такому делу. Также при коллегии не обсуждаются вопросы и ходатайства, направленные на обеспечение условий судебного разбирательства: принудительный привод потерпевших, свидетелей, отводы участникам процесса, вопросы, касающиеся меры пресечения, и другие вопросы права, не входящие в компетенцию присяжных заседателей и способные вызвать их предубеждение в отношении подсудимого и других участников процесса.

Формулируя вопросы, судья должен учитывать, что полномочия присяжных заседателей ограничиваются решением вопросов о доказанности обстоятельств преступления. Стороны вправе высказать свои замечания по содержанию и формулировке вопросов, а также внести предложения о постановке новых вопросов, а суд обязан выделить им на это время. В случае подачи сторонами устных замечаний по содержанию и формулировке вопросов и предложений о постановке новых вопросов они отражаются в протоколе судебного заседания. Если замечания и предложения были поданы сторонами в письменной форме, то они приобщаются к материалам дела. При окончательном формулировании вопросного листа в совещательной комнате председательствующий не вправе включать в него вопросы, которые не были предметом обсуждения.

Когда во время совещания у коллегии присяжных заседателей возникла необходимость в получении от председательствующего дополнительных разъяснений по поставленным вопросам, судья в присутствии сторон дает такие разъяснения.

Председательствующий с учетом мнения сторон и с соблюдением требований статьи 338 УПК РФ может внести уточнения в поставленные перед коллегией присяжных заседателей вопросы либо дополнить вопросный лист новыми вопросами. В этом случае председательствующий перед удалением присяжных заседателей в совещательную комнату произносит краткое напутственное слово по поводу изменений в вопросном листе.

Во всех случаях, когда председательствующий приходит к выводу о необходимости внести уточнения в поставленные вопросы либо сформулировать новые вопросы, им составляется новый вопросный лист, а ранее составленный вопросный лист признается недействительным и приобщается к делу. Обсуждение вопросного листа присяжными заседателями в таком случае начинается заново.

С.А. Насонов*

Постановка вопросов,

подлежащих разрешению присяжными заседателями: некоторые проблемы законодательного регулирования и судебной практики

Аннотация. Статья посвящена анализу некоторых проблем, возникающих в судебной практике на этапе постановки вопросов присяжным заседателям. Первая группа проблемных ситуаций связана с нечеткостью законодательного регулирования попарного соединения основных вопросов в вопросном листе. Среди положений, регулирующих процедуру постановки вопросов перед присяжными заседателями, нет правовых норм, запрещающих соединение основных вопросов попарно. Другая острая проблема возникает применительно к постановке перед присяжными заседателями одного соединенного (основного) вопроса, так как в ч. 2 ст. 339 УПК РФ не указывается, при наличии какого основания председательствующий вправе соединить три основных вопроса в один. По мнению автора, когда стороной защиты не оспаривается событие преступления или совершение этого деяния подсудимым, соединение трех основных вопросов в один не нарушает прав подсудимого, а лишь концентрирует внимание присяжных на том обстоятельстве, по поводу которого между сторонами ведется спор (виновность подсудимого) и обеспечивает должное понимание ими вопросного листа. Следующая группа проблем судебной практики связана с постановкой альтернативных вопросов. Необходимость их постановки предопределена ситуацией, когда защита занимает позицию, состоящую в том, что само событие преступления, деяния, совершенного подсудимым, было иным, нежели чем это описано в основных вопросах, поставленных по позиции обвинения. В статье высказано предложение о введении в действующее законодательство понятия альтернативных вопросов и установлении порядка их постановки присяжным. Автором рассмотрены некоторые проблемные ситуации, применительно к порядку постановки вопросов присяжным заседателям (предоставление сторонам достаточного времени для изучения формулировок вопросов, подготовки замечаний и дополнительных вопросов; обязательность обсуждения со сторонами проекта вопросного листа и т.д.). Ключевые слова: присяжные заседатели, вердикт, председательствующий, вопросный лист, основные вопросы, частный вопрос, альтернативные вопросы, соединенный вопрос, постановка вопросов, суд присяжных.

Коллегия присяжных заседателей обладает исключительной компетенцией по разрешению важнейших, определяющих виновность или невиновность подсудимого, пределы его ответственности вопросов, которые предусмотрены в ч. 1 ст. 334 УПК РФ. Поэтому постановка вопросов перед коллегией присяжных представляет собой «один из труднейших и важнейших моментов уголовного процесса»1.

Значительная часть проблемных ситуаций, связанных с постановкой вопросов присяжным заседателям, обусловлена более общей проблемой разграничения компетенции между председательствующим и коллегией присяжных за-

седателей. Особенности законодательного разграничения полномочий профессионального судьи и коллегии присяжных проявляются на всех этапах судебного разбирательства, в том числе и на этапе постановки вопросов2. Очевидно, что решение этих проблем лежит в плоскости изменения концепции распределения полномочий между профессиональным и непрофессиональным составами суда, что выходит за рамки регулирования рассматриваемого правового института.

1 Палаузов В.Н. Постановка вопросов присяжным заседателям по русскому праву. Одесса, 1885. Ч. 1. С. 1.

2 См.: Насонов С.А. Разграничение полномочий пред-

седательствующего и коллегии присяжных заседателей в уголовном судопроизводстве в РФ: проблемы законодательного регулирования и судебной практики // Вестник Алтайской академии экономики и права. 2014. № 2 (34). С. 112-115.

© Насонов С.А., 2014

* Насонов Сергей Александрович — кандидат юридических наук, доцент кафедры уголовно-процессуального права Московского государственного юридического университета имени О.Е. Кутафина (МГЮА), адвокат Адвокатской палаты г. Москвы.

111621, Россия, г. Москва, ул. Оренбургская, д.13, корп. 2, кв. 103.

Вместе с тем существует круг особых проблемных ситуаций, возникающих вследствие пробельного и нечеткого регулирования постановки вопросов присяжным заседателям.

Первая группа таких проблемных ситуаций связана с возможностью попарного соединения основных вопросов в вопросном листе.

Согласно ч. 1 ст. 339 УПК РФ, по каждому деянию, в совершении которого подсудимый обвиняется государственным обвинителем, ставятся три основных вопроса. Однако положения ст. 339 УПК РФ не позволяют сделать однозначный вывод о возможности соединения первого и второго основных вопросов.

Анализ норм УПК РФ приводит к выводу, что среди положений, регулирующих постановку вопросов перед присяжными заседателями, нет правовых норм, прямо запрещающих соединение основных вопросов попарно. Кроме того, указанное соединение в ряде случаев может быть более целесообразным (например, когда не оспаривается сам факт совершения деяния), чем постановка трех отдельных вопросов.

Исходя из этого, на наш взгляд, объединение первого и второго или второго и третьего основных вопросов вполне допустимо. Однако представляется, что необходимо внести соответствующие дополнения в уголовно-процессуальный закон с целью исключения дальнейших дискуссий по этому вопросу. Полагаем, что ст. 339 УПК РФ нужно дополнить пунктом, который бы закреплял возможность соединения основных вопросов попарно (первого со вторым, второго с третьим).

Другая проблема, возникающая в судебной практике, связана с основанием, при наличии которого возможна постановка перед присяжными заседателями единого (соединенного) вопроса о виновности подсудимого.

Ч. 2 ст. 339 УПК РФ допускает постановку одного вопроса о виновности подсудимого, который является соединением всех трех основных вопросов, указанных в ч. 1 ст. 339 УПК. Вместе с тем в ч. 2 ст. 339 УПК РФ не указывается, при наличии какого основания председательствующий вправе соединить три основных вопроса в один.

В судебной практике какие-либо подходы к основанию постановки перед присяжными заседателями единого (соединенного) вопроса так и не были выработаны. Верховный Суд РФ неоднократно признавал данное действие председательствующего правомерным, учитывая лишь одно условие — был ли представлен сторонам проект вопросного листа перед его утверждением3.

Аналогичную позицию по данному вопросу занял Конституционный Суд РФ, отказав в принятии к рассмотрению жалобы В.М.Матюхина, в которой оспаривалась конституционность ч. 2 ст. 339 УПК РФ по мотивам того, что указанная норма «не содержит оснований, при которых недопустимо соединение трех вопросов, подлежащих разрешению присяжными заседателями, в один вопрос о виновности и допускает произвольную возможность для судьи начинать формулировку вопросов с вопроса о вине подсудимого вместо трех соединенных вопросов, включающих также доказанность самого деяния и доказанность совершения его подсудимым, что позволяет фактически исключить последние два вопроса из вопросного листа»4. Конституционный Суд отказался проверять конституционность названной нормы УПК РФ, поскольку «действующий уголовно-процессуальный закон не наделяет суд правом произвольно и без учета мнения стороны защиты формулировать вопросы, подлежащие разрешению присяжными заседателями»5.

Однако такая позиция вряд ли является продуктивной для решения обозначенной проблемы, поскольку одно лишь представление сторонам проекта вопросного листа не является исчерпывающей гарантией соответствия самих вопросов требованиям уголовно-процессуального закона.

Полномочие председательствующего по постановке единого (соединенного) вопроса, на наш взгляд, не является дискреционным, а его реализация не зависит лишь от усмотрения судьи.

Во-первых, любые действия председательствующего по соединению либо разделению вопросов, составляющих содержание вопросного листа, должны иметь основания, закрепленные в уголовно-процессуальном законодательстве, в особенности если стороны возражают против такого решения и предлагают иную редакцию вопросного листа.

Опасность произвольного соединения трех основных вопросов в один состоит в том, что из «соединенной» редакции одного основного вопроса исключаются вопросы о доказанности как самого события преступления, так и совершения подсудимым описываемых в нем деяний, что может создать у присяжных иллюзию предустанов-ленности этих обстоятельств.

Очевидно, что для постановки одного соединенного вопроса должны быть весомые, четко указанные в законе основания, только при наличии которых возможно подобное соединение вопросов.

Во-вторых, уголовно-процессуальный закон формулирует ряд требований к вопросному

3 См.: Апелляционное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 03.04.2014 № 78-АПУ14-14сп; Апелляционное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 06.11.2013 № 57-АПУ13-9сп // СПС «Консультант Плюс».

4 Определение Конституционного Суда РФ от 24.01.2013 г. № 100-О // СПС «Консультант Плюс».

5 Там же.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

листу: познавательную доступность (понятность) для присяжных заседателей (ч. 8 ст. 339 УПК РФ) и соответствие позициям сторон, изложенным в судебном следствии и прениях (ч. 1 ст. 338 УПК РФ). На наш взгляд, именно совокупность этих требований и определяет возможность постановки перед присяжными «комплексного» основного вопроса, предусмотренного ч. 2 ст. 339 УПК РФ.

Очевидно, что, когда стороной защиты не оспаривается событие преступления, а также совершение этого деяния подсудимым, постановка двух отдельных основных вопросов об этом становится излишней. В этой ситуации соединение трех основных вопросов в один не нарушает права подсудимого, а лишь концентрирует внимание присяжных на том обстоятельстве, по поводу которого между сторонами ведется судебный спор (виновность подсудимого) и обеспечивает должное понимание ими вопросного листа. В рассматриваемом случае вопросный лист будет соответствовать ч. 1 ст. 338, ч. 8 ст. 339 УПК РФ.

Кроме того, структура вопросного листа предопределяет последовательность его обсуждения присяжными заседателями в совещательной комнате. В рассматриваемом случае соединенный основной вопрос (начинающийся с фразы «Виновен ли…») будет ориентировать присяжных заседателей на обсуждение вопросного листа, начиная именно с вопроса о виновности, что будет полностью соответствовать позиции сторон, спорящих именно по поводу этого обстоятельства.

В той же ситуации, когда защита оспаривает доказанность события преступления или совершения его подсудимым, само право подсудимого на рассмотрение его дела судом присяжных предполагает раздельное разрешение каждого из этих вопросов присяжными заседателями. Раздельная постановка трех основных вопросов в данном случае предопределяет последовательное обсуждение присяжными заседателями вопросов о доказанности события преступления, совершения его подсудимым и лишь только затем — вопроса о виновности подсудимого. Очевидно, что такая последовательность обсуждения возможна лишь при раздельной постановке основных вопросов перед присяжными в вопросном листе.

Только в этом случае вопросный лист будет соответствовать результатам судебного следствия и прений сторон.

Именно такой подход был реализован в Уставе уголовного судопроизводства 1864 г., в ст. 754 которого говорилось: «Вопросы о том, совершилось ли событие преступления, было ли оно деянием подсудимого и должно ли оно быть вменено ему в вину, соединяются в один совокупный вопрос о виновности подсудимого, когда никем не возбуждено сомнения, ни в том, что событие преступления действительно совершилось, ни в том, что оно должно быть вменено подсудимо-

му в вину, если признано будет его деянием. В случае какого-либо сомнения по которому-либо из сих вопросов они должны быть поставлены отдельно»6.

В пояснительной записке к указанной статье Устава уголовного судопроизводства отмечалось, что «сжатие всего дела в один вопрос, виноват или не виноват, может в некоторых случаях иметь последствием признание подсудимого виновным в таком преступлении, которого событие или вменяемость сомнительны»7.

На основании изложенного представляется, что ст. 339 УПК РФ должна быть дополнена ч. 2.1 следующего содержания: «При отсутствии возражений сторон, в вопросном листе возможна также постановка одного основного вопроса о виновности подсудимого, являющегося соединением всех вопросов, указанных в части первой настоящей статьи».

Следующая группа проблем судебной практики обусловлена нечеткостью законодательного регулирования возможности постановки перед присяжными заседателями альтернативных вопросов.

Несмотря на то, что ч. 3 ст. 339 УПК РФ допускает постановку вопросов о виновности подсудимого в совершении менее тяжкого преступления, в ст. 338—339 УПК РФ понятие «альтернативного вопроса» не закреплено. Вместе с тем данный термин нередко употребляется в определениях Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ8.

В литературе применительно к альтернативным вопросам превалирует точка зрения, что они являются разновидностью частных вопросов, следовательно, на них распространяется правовой режим частных вопросов, установленный ч. 3 ст. 339 УПК РФ9.

С такой позицией нельзя согласиться по следующим основаниям.

Альтернативные вопросы отличаются от частных по цели их постановки перед присяжными заседателями. Если частные вопросы ставятся

6 Щегловитов С.Г. Судебные Уставы императора Александра Второго с законодательными мотивами и разъяснениями: Устав уголовного судопроизводства. СПб., 1887. С. 675.

7 Устав уголовного судопроизводства. Систематический комментарий / под общ. ред. М.Н. Гернета. М., 1915. Вып. IV. С. 1253.

8 Кассационное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 29.06.2005 № 66-о05-35сп // СПС «Консультант Плюс».

9 См.: Чащин А.Н. Суд присяжных в России: учеб. пособие.

для установления каких-либо отдельных обстоятельств, которые влияют на степень виновности либо изменяют ее характер (тяжесть последствий преступления, особенности преступного посягательства, форма вины и т.д.), то альтернативные вопросы преследуют иную цель, что следует из их наименования.

Необходимость постановки перед присяжными этой категории вопросов объективно предопределена ситуацией, когда защита оспаривает не отдельные обстоятельства события преступления или причастность к нему подсудимого, а занимает позицию, состоящую в том, что само деяние, совершенное подсудимым, было иным, нежели чем это описано в основных вопросах, поставленных по позиции обвинения. Причем это различие таково, что его нельзя обозначить, поставив некий дополнительный вопрос о каком-либо фрагменте этого события. Альтернативный вопрос всегда направлен на установление того обстоятельства, что подсудимый совершил другое, менее тяжкое преступление, либо совершил другие действия, нежели вменяемые ему, которые вообще не являются преступными10.

Указанные вопросы не являются разновидностью частных, поскольку охватывают собой не какие-либо фрагменты (часть) обстоятельств деяния, вменяемого подсудимому, а направлены на установление другого (альтернативного) круга обстоятельств содеянного, образующих событие менее тяжкого преступления, либо дающих основание утверждать, что в действиях подсудимого вообще отсутствует состав преступления.

Так, по делу М. перед присяжными заседателями был поставлен основной вопрос по формулировке предъявленного ему обвинения: доказано, ли, что «потерпевшие К. пришли в гости к своим родственникам Максимовым, проживающим в квартире… где с разрешения хозяев стали распивать на кухне принесенные с собой спиртные напитки. Спустя некоторое время, когда братья К., опьянев, стали громко шуметь, Максимовы попросили их уйти из квартиры, однако те не желали уходить, в результате чего между подсудимым Максимовым М.С. и братьями К. возникла ссора, переросшая в драку между ними. В ходе драки они, задев батарею системы отопления квартиры, повредили ее, в результате чего залили кухню водой. Максимов М.С. вместе с отцом починили батарею, после чего повторно попросили К. покинуть квартиру. В ответ на это К., рассердившись, опрокинул руками кухонный стол и нанес не менее 10 ударов кулаками по рукам М., приходящейся матерью Максимова М.С. После этого Максимов М.С., находясь в состоя-

нии алкогольного опьянения, из личных неприязненных отношений к братьям К., возникших вследствие их противоправных действий, а также причиненного ими оскорбления его семье, с близкого расстояния произвел в К. один выстрел в голову из гладкоствольного охотничьего ружья модели «Бекас — 12 Авто»… 12 калибра, в результате которого ему было причинено огнестрельное дробовое слепое ранение головы. после чего из этого же ружья с близкого расстояния произвел один выстрел в шею К., в результате которого ему было причинено огнестрельное дробовое слепое ранение боковой поверхности шеи справа, сопровождавшееся острой кровопотерей. Смерть К. и К. наступила от полученных ранений на месте происшествия»11.

Однако после указанного вопроса председательствующий, по ходатайству стороны защиты, поставил перед присяжными альтернативный вопрос, где указанное событие описывалось иначе: «в период времени с 23 часов 30 минут 19.04.2012 года до 01 часов 00 минут 20.04.2012 года в квартире… после того, как братья К. и… которые ранее несколько раз его избивали, вошли в квартиру Максимовых против воли проживающих в ней лиц, не снимая куртку и обувь, сели за стол на кухне, стали распивать принесенное с собой спиртное, громко шуметь, выражаться нецензурной бранью, на неоднократные просьбы Максимова М.С. и его матери М. уйти из квартиры, не желали уходить, ссорились и дрались с ним, в ходе драки повредили батарею отопления, в результате чего кухня была залита водой. К. опрокинул кухонный стол, обозвал нецензурными словами его мать — М. нанес ей не менее 10 ударов кулаками по рукам, ударили отца — М., не давали спать младшим сестрам и другим членам семьи. Максимов М.С….

(далее изложение тех же действий. — С.Н. )»12.

Поскольку присяжные заседатели ответили утвердительно именно на альтернативный вопрос, действия подсудимого были квалифицированы судьей по ч. 2 ст. 107 УК РФ.

Представляется, что альтернативные вопросы должны ставиться не после обязательного вопроса (как частные), а между первым и вторым или вторым и третьим вопросами, поскольку они являются альтернативными основными вопросами и должны быть логически связаны с вопросом о виновности, на который присяжные заседатели должны будут ответить, в случае утвердительного ответа на альтернативный вопрос.

Положение ч. 6 ст. 339 УПК РФ не может являться препятствием к постановке перед присяжными заседателями альтернативных вопросов,

10 Кассационное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 26.11.2008 № 64-008-44сп // СПС «Консультант Плюс».

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

11 Апелляционное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 9 октября 2013 г. № 74-АПУ13-20СП // СПС «Консультант Плюс».

12 Там же.

поскольку Конституционный Суд РФ разъяснил, что данное положение применяется в системной связи с ч. 2 ст. 338 УПК РФ, которая прямо закрепляет, что судья не вправе отказать подсудимому или его защитнику в постановке вопросов о наличии по уголовному делу фактических обстоятельств, исключающих ответственность подсудимого за содеянное или влекущих за собой его ответственность за менее тяжкое преступление, а также с ч. 3 ст. 339, предусматривающей, что допустимыми являются вопросы, позволяющие установить виновность подсудимого в совершении менее тяжкого преступления, если этим не ухудшается положение подсудимого и не нарушается его право на защиту13.

В апелляционном определении Верховного Суда РФ отмечается, что «в ч. 2 ст. 252 УПК РФ не говорится о том, что изменение обвинения (в контексте всех доводов апелляционного представления) допускается в рамках тех же фактических обстоятельств, вмененных в вину подсудимому. Положения ст. 252 УПК РФ необходимо рассматривать во взаимосвязи с ч. 2 ст. 339 УПК РФ, согласно которой «…судья не вправе отказать подсудимому или его защитнику в постановке вопросов о наличии по уголовному делу фактических обстоятельств, исключающих ответственность подсудимого за содеянное или влекущих за собой его ответственность за менее тяжкое преступление»»14.

Гарантиями того, что постановка альтернативных вопросов не нарушит пределы судебного разбирательства, служат некоторые запреты, содержащиеся в ч. 2 ст. 338 и в ч. 3 ст. 339 УПК РФ.

Во-первых, постановка перед присяжными заседателями альтернативных вопросов допускается только в том случае, если о совершении менее тяжкого преступления (или об обстоятельствах, исключающих ответственность подсудимого за содеянное) давал показания подсудимый, и на этом строилась позиция стороны защиты на протяжении всего судебного разбирательства. Это требование обеспечивает соблюдение права обвиняемого на защиту при постановке альтернативных вопросов.

Если подсудимый, оспаривая предъявленное ему обвинение, не указывал на совершение менее тяжкого преступления (или на обстоятельства, исключающие ответственность за содеянное), альтернативные вопросы постановке не подлежат15.

Во-вторых, председательствующий не вправе произвольно менять редакцию альтернативных вопросов, предложенных стороной защиты, в

сторону, ухудшающую положение подсудимого, а также существенно изменять такую редакцию, включая в нее другие обстоятельства. Председательствующий вправе исключить из такого вопроса обстоятельства, не упоминавшиеся в судебном разбирательстве, заменить юридические термины на общеупотребительные, но иное редактирование альтернативных вопросов защиты будет противоречить закону16.

Таким образом, возможность постановки перед присяжными заседателями альтернативных вопросов необходимо закрепить в действующем законодательстве более четко, что будет способствовать адекватному отражению в вопросном листе позиции защиты по делу.

Некоторые проблемные ситуации возникают в судебной практике и применительно к порядку постановки вопросов присяжным заседателям.

Так, зачитав проект вопросного листа и передав его сторонам, председательствующий должен предоставить им достаточное время для изучения формулировок вопросов, подготовки замечаний и дополнительных вопросов. Хотя соответствующее положение отсутствует в ст. 338 УПК РФ, оно проистекает из права иметь достаточное время на подготовку своей защиты, применительно к данному этапу судебного разбирательства.

Верховный Суд РФ отмечает, что время, предоставляемое сторонам для изучения проекта вопросного листа, должно соответствовать его объему и сложности рассматриваемого дела, и может представлять собой интервал в несколько дней17.

Изучив проект вопросного листа, стороны вправе в устном или письменном виде высказать свои замечания по содержанию и формулировке вопросов и внести предложения о постановке новых вопросов. При этом председательствующий выясняет мнение другой стороны по этим замечаниям и предложениям. На обязательность обсуждения со сторонами вопросов, подлежащих включению в вопросный лист, неоднократно обращал внимание Конституционный Суд РФ, который подчеркивал, что «оспариваемые законоположения, закрепляя за судьей право формулировать вопросы, подлежащие разрешению присяжными заседателями, обязывают его излагать в окончательном варианте только вопросы, обсужденные со сторонами, и с учетом их замечаний и предложений»18.

После обсуждения со сторонами проекта вопросного листа председательствующий удаляется в совещательную комнату, где формулирует

13 Определение Конституционного Суда РФ от 15.07.2010 г. № 1032-0-0 // СПС «Консультант Плюс».

14 Апелляционное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 9 октября 2013 г. № 74-АПУ13-20СП // СПС «Консультант Плюс».

15 Кассационное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 29.07.2010 г. № 19-010-38сп // СПС «Консультант Плюс».

16 Кассационное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 03.08.2004 г. № 51-о04-61сп // СПС «Консультант Плюс».

17 Кассационное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 27.06.2013 г. № 53-013-19СП СПС // «Консультант Плюс».

18 Определение Конституционного Суда РФ от 25.12.2008

№ 932-0-0 // СПС «Консультант Плюс».

вопросы, подлежащие разрешению присяжными заседателями, в окончательном виде.

Конституционный Суд РФ отметил, что ст. 338 УПК РФ не предполагает произвольного изменения председательствующим вопросов, подлежащих разрешению присяжными заседателями, после их обсуждения со сторонами19. Поэтому если председательствующий принимает решение сформулировать вопросы не в том варианте, который зачитывал сторонам и который обсуждался ими, а в другом, отличном от первого варианта, он обязан возобновить этап постановки вопросов и представить сторонам на обсуждение новый вариант вопросов вопросного листа.

Ст. 338 УПК РФ не предусматривает вынесения отдельного постановления по результатам рассмотрения ходатайств сторон о постановке перед присяжными дополнительных вопросов20.

Библиография:

Председательствующий формулирует вопросный лист с учетом замечаний и дополнений сторон, однако замечания и предложения не лишают судью права на окончательную формулировку вопросов в вопросном листе согласно ч. 4 ст. 338 УПК РФ, которая может и не совпадать с предложениями сторон21.

Положения указанной статьи не требуют повторного обсуждения участниками процесса (сторонами) окончательно сформулированного вопросного листа перед его оглашением в присутствии присяжных заседателей22.

Рассмотренные проблемные ситуации, возникающие в суде присяжных, свидетельствуют о необходимости совершенствования правового регулирования постановки вопросов присяжным заседателям, что будет способствовать повышению эффективности этого производства.

1. Ведищев Н.П. Постановка вопросов, подлежащих разрешению присяжными заседателями (ст. 338 УПК РФ) // Адвокат. 2011. № 10. С. 20-40.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

2. Григорьева Н.В. Вопросы, подлежащие разрешению коллегией присяжных заседателей, и участие защитника в составлении вопросного листа // Защитник в суде присяжных. М., 1997. С. 72-103.

3. Насонов С.А. Разграничение полномочий председательствующего и коллегии присяжных заседателей в уголовном судопроизводстве в Российской Федерации: проблемы законодательного регулирования и судебной практики // Вестник Алтайской академии экономики и права. 2014. № 2 (34). С. 112-115.

4. Палаузов В.Н. Постановка вопросов присяжным заседателям по русскому праву. Одесса, 1885. Ч. 1. 186 с.

5. Устав уголовного судопроизводства. Систематический комментарий / под общ. ред. М.Н. Гернета. М., 1915. Вып. IV. 336 с.

6. Чащин А.Н. Суд присяжных в России: учеб. пособие. М., 2013 128 с.

7. Щегловитов С.Г. Судебные Уставы императора Александра Второго с законодательными мотивами и разъяснениями: Устав уголовного судопроизводства. СПб., 1887. 1153 с.

References (transliteration):

4. Palauzov V.N. Postanovka voprosov prisyazhnym zasedatelyam po russkomu pravu. Odessa, 1885. Ch. 1. 186 s.

5. Ustav ugolovnogo sudoproizvodstva. Sistematicheskii kommentarii / pod obshch. red. M.N. Gerneta. M., 1915. Vyp. IV. 336 s.

6. Chashchin A.N. Sud prisyazhnykh v Rossii: ucheb. posobie. M.,2013 128 s.

Материал поступил в редакцию 16 июля 2014 г.

19 Там же.

20 Апелляционное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 09.07.2013 г. № 32-АПУ13-7СП // СПС «Консультант Плюс».

21 Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 28.08.2008 г. № 63-008-3СП // СПС «Консультант Плюс».

22 Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 29.01.2008 г. № 74-007-51СП // СПС «Консультант Плюс».

1. Судебное следствие в суде с участием присяжных заседателей начинается со вступительных заявлений государственного обвинителя и защитника.

2. Во вступительном заявлении государственный обвинитель излагает существо предъявленного обвинения и предлагает порядок исследования представленных им доказательств.

3. Защитник высказывает согласованную с подсудимым позицию по предъявленному обвинению и мнение о порядке исследования представленных им доказательств.

4. Присяжные заседатели через председательствующего вправе после допроса сторонами подсудимого, потерпевшего, свидетелей, эксперта задать им вопросы. Вопросы излагаются присяжными заседателями в письменном виде и подаются председательствующему через старшину. Эти вопросы формулируются председательствующим и могут быть им отведены как не относящиеся к предъявленному обвинению.

5. Судья по собственной инициативе, а также по ходатайству сторон исключает из уголовного дела доказательства, недопустимость которых выявилась в ходе судебного разбирательства.

6. Если в ходе судебного разбирательства возникает вопрос о недопустимости доказательств, то он рассматривается в отсутствие присяжных заседателей. Выслушав мнение сторон, судья принимает решение об исключении доказательства, признанного им недопустимым.

7. В ходе судебного следствия в присутствии присяжных заседателей подлежат исследованию только те фактические обстоятельства уголовного дела, доказанность которых устанавливается присяжными заседателями в соответствии с их полномочиями, предусмотренными статьей 334 настоящего Кодекса.

8. Данные о личности подсудимого исследуются с участием присяжных заседателей лишь в той мере, в какой они необходимы для установления отдельных признаков состава преступления, в совершении которого он обвиняется. Запрещается исследовать факты прежней судимости, признания подсудимого хроническим алкоголиком или наркоманом, а также иные данные, способные вызвать предубеждение присяжных в отношении подсудимого.

Комментарий к статье 335

1. Исходя из содержания ч. 1 — 3 комментируемой статьи, судебное следствие начинается с вступительных заявлений государственного обвинителя и защитника. Вступительное заявление государственного обвинителя состоит из двух частей: изложения существа предъявленного обвинения и предложения о порядке исследования доказательств по делу. Вступительное заявление защитника также состоит из двух частей: изложения согласованной с подсудимым позиции по предъявленному обвинению и предложения о порядке исследования доказательств.

2. В ч. 1 и 2 комментируемой статьи не указано прямо, что, оглашая резолютивную часть обвинительного заключения, государственный обвинитель не вправе упоминать о фактах судимости подсудимых. Однако это вытекает из содержания других частей статьи. Так, в ч. 2 указано, что государственный обвинитель излагает лишь сущность предъявленного обвинения, а в ч. 8 указано, что данные о личности подсудимого исследуются с участием присяжных заседателей лишь в той мере, в какой они необходимы для установления отдельных признаков состава преступления, в совершении которого он обвиняется. Запрещается исследовать факты прежней судимости, признания подсудимого хроническим алкоголиком или наркоманом, а также иные данные, способные вызвать предубеждение присяжных в виновности подсудимого.

Представляется, что упоминания о судимости могут быть допустимы лишь в случаях, когда это входит в предмет исследования содержания предъявленного обвинения. Например, наряду с обвинением в убийстве при отягчающих обстоятельствах подсудимому предъявлено обвинение в насилии в отношении сотрудника органа исполнения наказания или осужденного с целью воспрепятствовать его исправлению (ст. 321 УК). В данном случае очевидно, что субъектом преступления может быть лишь лицо, осужденное по приговору суда и отбывающее наказание в местах лишения свободы.

3. Исходя из положения ст. 324 УПК, согласно которой производство в суде с участием присяжных заседателей ведется в общем порядке с учетом особенностей, предусмотренных гл. 42, следует прийти к выводу, что поскольку сторона обвинения первой представляет доказательства, а очередность исследования этих доказательств определяется стороной обвинения, то первыми исследуются доказательства, представленные именно этой стороной. И лишь после исследования доказательств, представленных стороной обвинения, исследуются доказательства, представленные стороной защиты. Если в уголовном деле участвуют несколько подсудимых, то очередность исследования доказательств, представленных защитником, определяется судом с учетом мнения сторон.

Таким образом, из смысла ст. 274 и ч. 2 и 3 комментируемой статьи следует, что первыми исследуются доказательства, представленные государственным обвинителем (в предложенном им порядке), а затем доказательства, представленные стороной защиты, также в порядке, предложенном защитой, предварительно согласованном с подсудимым.

Такой порядок исследования доказательств соответствует конституционному положению о презумпции невиновности и о недопустимости возложения на обвиняемого обязанности доказывать свою невиновность (ст. 49 Конституции) и Общим положениям УПК.

4. Часть 4 комментируемой статьи определяет порядок реализации права присяжных заседателей на участие в исследовании доказательств. В частности, если в ст. 333 УПК указано, что присяжные заседатели имеют право задавать через председательствующего вопросы допрашиваемым лицам, то ч. 4 комментируемой статьи конкретизирует, что указанные вопросы излагаются письменно и подаются председательствующему через старшину. Если в первом случае (ст. 333) законодатель лишь перечисляет права присяжных заседателей, то во втором (ч. 4 комментируемой статьи) речь идет о механизме реализации этого права. Законом предусмотрено, что вопрос, изложенный присяжным заседателем, формулируется председательствующим и лишь затем в такой формулировке задается допрашиваемому лицу. Председательствующему предоставлено также право отвести вопросы, не относящиеся к предъявленному обвинению. При этом письменные вопросы присяжных заседателей приобщаются к протоколу судебного заседания, а сформулированные председательствующим вопросы отражаются в протоколе судебного заседания. Такой порядок отражения данных судебного следствия дает возможность кассационной инстанции проверить с достаточной полнотой доводы кассационных жалоб и представлений на необъективность ведения судебного следствия.

Сам порядок допроса подсудимых, потерпевших, свидетелей, экспертов и другие процессуальные действия в процессе судебного следствия регламентированы гл. 37 УПК.

5. В соответствии с требованиями закона о сохранении судом объективности и беспристрастности в ходе судебного разбирательства протоколы следственных действий, заключение эксперта, показания потерпевших, свидетелей и другие приобщенные к делу документы оглашаются, как правило, стороной, заявившей ходатайство об этом, либо судом.

В присутствии присяжных заседателей не подлежат исследованию процессуальные документы — постановление о возбуждении уголовного дела, постановление о привлечении в качестве обвиняемого, а также не подлежат обсуждению и разрешению вопросы и ходатайства, направленные на обеспечение условий судебного разбирательства, такие, как принудительный привод потерпевших, свидетелей, отводы участников процесса, вопросы, касающиеся меры пресечения, и другие вопросы права, не входящие в компетенцию присяжных заседателей и способные вызвать их предубеждение в отношении подсудимого.

Не допускается и оглашение приговора по другому делу в отношении ранее осужденного соучастника (соучастников). Согласно ст. 74 УПК такой приговор не является доказательством по рассматриваемому делу и в соответствии со ст. 90 УПК не может предрешать виновность подсудимого. Оглашение такого приговора следует расценивать как незаконное воздействие на присяжных заседателей, которое может повлиять на их ответы на поставленные вопросы и, соответственно, повлечь за собой отмену приговора (п. 21 Постановления Пленума ВС РФ от 22.11.2005 N 23).

6. Доказательства, недопустимость которых была выявлена в ходе судебного разбирательства, исключаются из уголовного дела как по собственной инициативе судьи, так и по ходатайству сторон. Часть 5 комментируемой статьи прямо не указывает на обязательность исключения судьей недопустимых доказательств, а говорит лишь о том, что судья исключает такие доказательства, обязательность этого требования вытекает из содержания ч. 3 ст. 7, ст. 73 и ч. 3 и 4 ст. 88 УПК.

7. Представляется, что положения ч. 7 ст. 235 УПК, согласно которой при рассмотрении уголовного дела по существу суд по ходатайству стороны вправе повторно рассмотреть вопрос о признании исключенного доказательства допустимым, распространяются и на рассмотрение дел судами с участием коллегии присяжных заседателей. Такое решение вопроса соответствует требованиям ст. 324 УПК, предусматривающей правила производства в суде с участием присяжных заседателей.

8. Обязательным условием процедуры обсуждения вопросов о допустимости доказательств в ходе судебного разбирательства является отсутствие при этом присяжных заседателей. Указанное требование закона призвано оградить присяжных заседателей от возможного влияния на существо принимаемых ими впоследствии решений о виновности подсудимого. По результатам обсуждения вопросов о допустимости доказательств судья обязан вынести мотивированное постановление.

9. Части 7 и 8 комментируемой статьи определяют предмет и пределы доказывания в суде с участием присяжных заседателей. Полномочия присяжных заседателей определены в ст. 299, 334 и 339 УПК. Указанные статьи строго ограничивают круг вопросов, которые могут разрешаться присяжными заседателями, включив в их число вопросы: 1) о доказанности деяния, в совершении которого обвиняется подсудимый; 2) о доказанности совершения деяния подсудимым; 3) о виновности подсудимого в совершении преступления; 4) на случай признания подсудимого виновным ставится вопрос о том, заслуживает ли он снисхождения. О содержании вопросов, которые ставятся присяжным заседателям, см. коммент. к ст. 339.

10. Соблюдение процедуры исследования доказательств возложено на председательствующего судью. Он должен устранять из исследования доказательства, хотя и относящиеся к делу, но выходящие за пределы полномочий присяжных заседателей. Запрещая в суде с участием присяжных заседателей исследовать факты прежней судимости, признания подсудимого хроническим алкоголиком или наркоманом, а также иные данные, способные вызвать предубеждение у присяжных в отношении подсудимого, законодатель исходил из того, что в задачу присяжных заседателей входит лишь исследование доказанности виновности подсудимого. Для решения этого вопроса прежняя судимость, а также иные данные, запрещенные к исследованию в суде с участием присяжных заседателей и описанные в ч. 8 комментируемой статьи, значения не имеют.

11. Данные о личности подсудимого исследуются с участием присяжных заседателей лишь в той мере, в какой они необходимы для установления отдельных признаков состава преступления, в совершении которого он обвиняется. Необходимость исследования данных о личности подсудимого с участием присяжных заседателей может возникнуть также, например, по делу об убийстве из огнестрельного оружия при решении вопроса об ответственности подсудимого. Если подсудимый являлся опытным охотником, специалистом в области стрелкового оружия и т.д. и, таким образом, хорошо знал технические характеристики оружия, из которого производились эти выстрелы, его боевые свойства, то утверждения подсудимого о том, что он рассчитывал на благополучный исход, т.е. не предвидел возможность поражения потерпевшего на определенном расстоянии дробовым зарядом, отчего наступила смерть последнего, будут восприняты присяжными заседателями по-иному, нежели аналогичное утверждение лица, не обладающего такими познаниями.

12. Предоставляя присяжным заседателям право высказывать свое мнение о снисхождении (ч. 4 ст. 339), влияющем на назначение наказания, законодатель связывал это не с данными о личности, а с обстоятельствами совершенного подсудимым преступления, степенью участия подсудимого в его совершении. Не должны исследоваться с участием присяжных заседателей данные о личности подсудимого, характеристики, справки о состоянии здоровья, семейном положении и все другие данные, способные вызвать предубеждения у присяжных в отношении подсудимого.

Новая редакция Ст. 351 УПК РФ

Приговор постановляется председательствующим в порядке, установленном главой 39 настоящего Кодекса, со следующими изъятиями:

1) в вводной части приговора не указываются фамилии присяжных заседателей;

2) в описательно-мотивировочной части оправдательного приговора излагается существо обвинения, по поводу которого коллегией присяжных заседателей был вынесен оправдательный вердикт, и содержатся ссылки на вердикт коллегии присяжных заседателей либо отказ государственного обвинителя от обвинения. Приведение доказательств требуется лишь в части, не вытекающей из вердикта, вынесенного коллегией присяжных заседателей;

3) в описательно-мотивировочной части обвинительного приговора должны содержаться описание преступного деяния, в совершении которого подсудимый признан виновным, квалификация содеянного, мотивы назначения наказания и обоснование решения суда в отношении гражданского иска;

4) в резолютивной части приговора должны содержаться разъяснения об апелляционном порядке его обжалования.

Комментарий к Статье 351 УПК РФ

Комментарий удалён по просьбе автора.

Другой комментарий к Ст. 351 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации

1. В оправдательном приговоре необходима ссылка на вердикт присяжных о невиновности; в нем излагается сущность обвинения, но он не должен содержать обоснования и мотивировки вывода о невиновности. Оправдательный приговор, вынесенный ввиду отсутствия состава преступления в действиях подсудимого, должен содержать такое обоснование и мотивировку. В любом оправдательном приговоре судья обязан решить вопросы, указанные в п. п. 10 — 13 ч. 1 ст. 299, ч. 1 ст. 309 УПК РФ.

2. Обвинительный приговор содержит краткое описание преступления, соответствующее обвинительному вердикту, без приведения доказательств, обоснование квалификации деяния, вида и размера наказания и решения других правовых вопросов, указанных в п. п. 10 — 13 ч. 1 ст. 299, п. п. 3 — 5 ст. 307, п. п. 3 — 10 ч. 1 ст. 308 УПК РФ.

3. Отказ от назначения наказания и вывод об освобождении от наказания в обвинительном приговоре должны быть мотивированными.