Межнациональные браки статистика

Смешанные браки измеряют дистанцию между этносами

Доля межэтнических браков в России сильно варьируется в зависимости от национальности. Количество смешанных семей во многом зависит от возможностей преодоления культурных, конфессиональных и бытовых различий между этносами, от особенностей их расселения и трудовой миграции. Старший научный сотрудник Института демографии НИУ ВШЭ Евгений Сороко впервые измерил межнациональные дистанции между русскими и десятью этносами с помощью составленной им матрицы смешанных семей.

Этнически разнородных пар в России — 12%, подсчитал Евгений Сороко на основании данных Всероссийской переписи населения 2010 года. При этом готовность заключать межнациональные браки у разных этносов – разная. Чеченцы, ингуши, якуты и калмыки, как правило, состоят в моноэтническом союзе, а для коми и мордвы доля смешанных семей, напротив, очень существенна – свыше 40%, отметил исследователь в статье «Этнически смешанные супружеские пары в Российской Федерации», опубликованной в журнале «Демографическое обозрение» (том 1, № 4, 2014).

Среди национальностей бывшего СССР «математика» смешанных браков также различна. Если исходить из этнической принадлежности мужа, то эта доля наиболее велика у латышей, литовцев и эстонцев, а минимальна – у казахов, армян, азербайджанцев и киргизов. Для ряда народов республик бывшего Советского Союза существенную роль играет трудовая миграция в Россию. Уменьшение доли межнациональных союзов может объясняться ростом притока моноэтнических семей за период между Всероссийскими переписями населения 2002 и 2010 годов. Эта тенденция отчетливо проявляется в случае с мигрантами из Киргизии, Таджикистана и Узбекистана, подчеркивает Евгений Сороко.

Исследователь также выявил гендерные нюансы смешанных браков. Женщины всех исследованных этнических групп менее склонны вступать в межнациональный союз, чем мужчины, отметил эксперт.

Исследование Евгения Сороко «Этнически смешанные супружеские пары по данным Всероссийских переписей населения 2002 и 2010 годов» включает две части: одна сфокусирована на национальностях республик бывшего СССР, другая – на народностях России. Первая часть опирается на расчеты по 16 национальностям, в том числе 14 титульным народам республик бывшего СССР, а также евреям и немцам. Вторая часть представляет анализ по 11 этносам, имеющим национальные республики на территории России. Наиболее точной оптику исследования сделало изучение индивидуальных микроданных переписей. Это позволило определить и гендерную специфику смешанных браков.

На основе всех расчетов эксперт оценил близость отдельных этносов друг к другу, что позволяет судить и о высоте тех культурных барьеров, которые разделяют разные национальности.

Трудовая миграция влияет на долю смешанных пар

Сороко изучил распространенность этнически смешанных семей среди национальностей бывшего СССР отдельно для мужчин (таб.1) и женщин (таб.2).

С точки зрения национальности мужа, по доле смешанных пар в авангарде идут латыши, литовцы и эстонцы. Межэтнических союзов среди прибалтов — свыше 90%. Для латышей эта доля достигает 96,7%, для литовцев — 94,4%, для эстонцев — 93,7%.

Противоположный полюс — минимум доли смешанных пар — отмечен у казахов (22,3%). Далее следуют армяне (30,4%) и азербайджанцы (37,4%).

Любопытно, что между национальностями Средней Азии по доле межэтнических браков существуют явные различия — например, между узбеками и киргизами (почти вдвое: 77,7% против 41,5%).

Этот картина переписи 2002 года отражает не только кумулятивный результат этнически смешанных семей в предшествующий период, но и этническую дифференциацию смертности и особенно миграции, поясняет эксперт.

Таблица 1. Этнически однородные и смешанные браки по национальной принадлежности мужа, Россия, 2002; ряд национальностей бывшего СССР, проживающих преимущественно вне РФ

Национальная принадлежность мужа

Число семейных ячеек

Национальная принадлежность жены и мужа совпадают

Национальная принадлежность жены и мужа различаются

Доля этнически смешанных супружеских пар, %

Казахи

22,3

Армяне

30,4

Азербайджанцы

37,4

Киргизы

41,5

Туркмены

56,9

Грузины

67,4

Таджики

70,3

Евреи

74,9

Узбеки

77,7

Украинцы

80,0

Молдаване

82,2

Белорусы

85,7

Немцы

88,8

Эстонцы

93,7

Литовцы

94,4

Латыши

96,7

Источник: расчеты Е.Л.Сороко на основе данных Росстата (инструментарий системы SuperWeb).

Динамика по смешанным союзам за межпереписной период проиллюстрирована на рисунке 1. Наиболее существенные изменения за восемь лет произошли у киргизов, таджиков и узбеков. Это народы, максимально вовлеченные в трудовую миграцию в РФ. Изменение среди них доли межнациональных браков, скорее всего, объясняется увеличением числа моноэтнических семей, прибывших работать в Россию.

Рисунок 1. Сравнение доли этнически смешанных супружеских пар по национальности мужа в 2002 и 2010 году, Россия. Ряд национальностей бывшего СССР, проживающих преимущественно вне РФ, %

Источник: расчеты Е.Л.Сороко на основе данных Росстата.

Женщины менее готовы к смешанным бракам

Склонность к образованию межнациональной семьи во всех этнических группах женщин меньше, чем у мужчин, причем у азербайджанок, например, отличие более чем двукратное.

В группе с максимальной частотой этнически смешанных семей, в которую входят украинцы, молдаване, немцы, белорусы и прибалты, отличия женщин от мужчин невелики и не превышают 10 процентных пунктов, подсчитал Евгений Сороко. В целом рейтинги национальностей по склонности к смешанным семьям у мужчин и женщин различаются мало, не более чем на одну позицию для восьми этносов с максимальной склонностью, резюмирует исследователь.

Наибольшие различия доли этнически смешанных семей у женщин по сравнению с мужчинами характерны для этносов Закавказья (азербайджанки, армянки и грузинки) и среднеазиатских народов (кроме казахов).

Таблица 2. Этнически однородные и смешанные браки по национальности жены, Россия, 2002, ряд национальностей бывшего СССР, проживающих преимущественно вне РФ.

Национальная принадлежность жены

Число семейных ячеек

Национальная принадлежность жены и мужа совпадают

Национальная принадлежность жены и мужа различаются

Доля этнически смешанных семейных ячеек, %

азербайджанцы

10,1

армяне

12,9

казахи

19,0

киргизы

26,3

таджики

32,6

туркмены

38,9

грузины

39,7

евреи

58,1

узбеки

60,3

молдаване

75,9

украинцы

77,2

белорусы

84,2

немцы

87,4

литовцы

92,6

эстонцы

92,9

латыши

96,1

Источник: расчеты Е.Л.Сороко на основе данных Росстата.

Динамика по смешанным бракам для женщин за межпереписной период отражена на рисунке 2. Если в целом для всех 16 этносов произошло ощутимое снижение доли межнациональных семей — на 17 процентных пунктов, то для отдельных народов ситуация сложилась иначе. «Наблюдается почти паритет по направлению обнаруженных изменений: у восьми этносов доля таких браков возросла, у восьми — снизилась, — детализирует исследователь. — Наибольшее снижение — более 7 процентных пунктов — наблюдается у узбеков, таджиков, молдаван и азербайджанцев».

Такие сдвиги понятны. Их можно ярко проиллюстрировать на примере этноса, у которого доля смешанных семей снизилась сразу на 24 процентных пункта, — узбеков. Тут сыграла роль трудовая миграция. Увеличение числа их семей произошло, главным образом, за счет существенного прироста миграции из Узбекистана, в том числе моноэтнических пар, отметил Сороко. В то время как доля этнически однородных браков увеличивалась, доля смешанных семей, соответственно, падала, — шло перераспределение.

Для этносов, слабее затронутых миграцией, за 2002-2010 годы отмечено увеличение доли межэтнических союзов, в том числе у немцев, эстонцев и литовцев на 5 процентных пунктов и более.

Рисунок 2. Сравнение доли этнически смешанных браков по национальности жены в 2002 и 2010 году, Россия. Ряд национальностей бывшего СССР, проживающие преимущественно вне РФ, %.

Источник: расчеты Е.Л.Сороко на основе данных Росстата.

В национальных республиках смешанных браков меньше

Исследователь изучил нюансы образования смешанных семей у народностей России на территории страны в целом, на территории их национальных республик и на остальной территории России.

В национальных республиках, в отличие от России в целом, смешанные браки распространены слабее. В среднем их лишь 14%, то есть вдвое меньше, чем по стране. Такая цифра закономерна — в национальных республиках население более моноэтнично.

Особенно ярко выделяются чеченцы, среди которых на территории республики лишь один из 91 мужчины состоит в браке с женой другой национальности, отмечает эксперт. Еще у трех этносов — ингушей, якутов и калмыков — эта доля ниже 10%. На другом полюсе находятся коми — рекордсмены по смешанным бракам. Даже на территории республики среди них состоят в таких союзах более трети.

На долю межэтнических браков влияют, в том числе, особенности расселения народностей на территории страны. Так, наименьшая доля смешанных семей в своей республике у татар, а наибольшая — у якутов, которые селятся компактно, преимущественно на территории республики Саха.

Однако наибольший интерес представляют показатели частоты смешанных семей вне территорий национальных республик («остальная Россия»). Эти индикаторы красноречивее говорят о существующих культурных барьерах между этносами или их отсутствии (таблица 3).

Заметим, что для выбранных народностей в целом на территории России доля смешанных семей — менее половины, а вне национальных республик — существенно выше и приближается к половине (у пяти этносов — калмыков, удмуртов, мордвы, якутов и коми — даже выше 50%).

Таблица 3. Этнически однородные и смешанные семейные ячейки по национальной принадлежности мужа, некоторые национальности вне соответствующих национальных республик России, 2002.

Национальная принадлежность мужа

Число семейных ячеек

Доля семейных ячеек вне национальной республики во всех ячейках России, %

Национальная принадлежность жены и мужа совпадают

Национальная принадлеж-ность жены и мужа различаются

Доля этнически смешанных семейных ячеек, %

чеченцы

23,57

15,3

ингуши

14,20

28,7

марийцы

49,65

37,3

татары

64,42

41,7

башкиры

28,63

47,9

чуваши

48,93

50,0

калмыки

8,92

50,6

удмурты

28,20

58,9

мордва

68,18

67,3

якуты (саха)

1,69

75,7

коми

12,50

80,6

Источник: расчеты Е.Л.Сороко на основе данных Росстата.

За межпереписной период доля смешанных семей в целом стабилизировалась (45% этнически разнородных союзов как в 2002, так и в 2010 году). Изменения, произошедшие для отдельных национальностей, невелики. Так, у ингушей доля смешанных браков снизилась на 7 процентных пунктов, а у пяти национальностей — калмыков, якутов, удмуртов, коми и чувашей — уменьшение оказалось еще скромнее. Слабое, не выше 2,5 процентных пунктов, увеличение доли этнически смешанных союзов у остальных пяти этносов (чеченцев, марийцев, татар, башкир, мордвы) оказалось наибольшим у чеченцев.

Рисунок 3. Сравнение доли этнически смешанных браков по национальности мужа в 2002 и 2010 году, Россия. Национальности вне соответствующих национальных республик России, %.

Источник: расчеты Е.Л.Сороко на основе данных Росстата.

Смешанные браки асимметричны по полу

Если рассматривать частоту этнически смешанных семей у женщин, то у чеченок, ингушек и калмычек доля таких союзов не достигает и 10%, а у остальных национальностей не идет далее 54%. Средний показатель для всех выбранных этносов — 29,6%. В целом у женщин, как и у мужчин, смешанных семей значительно больше вне национальных республик, чем на их территории (разница превышает 30 процентных пунктов).

Однако у разных этносов их частота у женщин явно отличается от частоты у мужчин (это так называемая «sex asymmetry» – асимметрия по полу). Так, доля смешанных семей у мариек выше на 9 процентных пунктов, а у якуток — на 6 процентных пунктов. В отличие от них, у ингушек эта доля на 14 процентных пунктов ниже. Таким образом, смешанные семьи у мужчин и женщин одной национальности распространены в разной степени.

За межпереписной период у большинства национальностей произошло небольшое снижение доли смешанных семей (по национальности жены). Таким образом, резюмирует Евгений Сороко, в большинстве республик семейные ячейки стали более моноэтничными.

Русские и украинцы связаны теснее

Исследователь измерил склонность к образованию смешанных браков для отдельных этносов. Он составил матрицу смешанных семей на основе микроданных переписей (таблица 4). Она содержит 15,08 млн этнически однородных супружеских пар (диагональ) и 2,06 млн смешанных пар (вне диагонали). Межнациональные союзы составили 12% всех пар.

Таблица 4. Матрица этнических комбинаций в супружеских парах, Россия, 2010, число пар (фрагмент).

Нацио-наль-ность мужа

Национальность жены

русские

татары

украинцы

башкиры

чеченцы

армяне

мордва

русские

татары

украинцы

башкиры

чеченцы

армяне

мордва

Источник: расчеты Е.Л.Сороко.

На основе матрицы можно рассчитать показатели этнических преференций (где i,j — комбинация этносов в паре). Межэтническое расстояние и этнические предпочтения связаны обратной зависимостью — формула выглядит так: .

Расклад межэтнических дистанций представлен в таб. 5. Значение «1» соответствует отсутствию предпочтений национальностей при образовании супружеских пар. Меньшее значение расстояния означает наличие больших преференций при формировании семей с данной комбинацией национальностей мужа и жены. Значение выше единицы говорит о серьезных барьерах, мешающих образованию смешанной семьи. В результате подсчетов получается, что украинцы наиболее близки к русским среди выделенных национальностей (коэффициент 0,66).

Таблица 5. Оценка межэтнических расстояний между русскими и 10 национальностями на основе распространенности смешанных семей, Россия, 2010

Национальность

Расстояние

украинцы

0,66

мордва

0,68

удмурты

0,71

армяне

0,74

чуваши

0,75

татары

0,84

казахи

0,97

азербайджанцы

1,03

башкиры

1,55

чеченцы

2,03

Источник: расчеты Е.Л.Сороко.

Таким образом, тема смешанных браков актуализирует вопрос межэтнических барьеров — бытовых, культурных, конфессиональных.

См. также:

Мигранты в Москве вращаются в своей среде
Молодежь не торопится жениться
Семья уменьшается и меняет облик
Россияне ценят традиционную семью
Мультикультурность способствует развитию российского общества

Все больше российских женщин выходят замуж за иностранцев. Мужчины тоже женятся на представительницах других этнических групп, но это происходит реже. Рассмотрим, чем же так привлекательны интернациональные, межрасовые браки для людей, их преимущества и недостатки. Расскажем, как закон регулирует порядок оформления таких отношений, права родителей и детей в этих союзах.

Привлекательность создания семьи с иностранцем

Чем же так привлекает женщин международный брак? Говорим преимущественно о представительницах прекрасного пола, потому что мужчины нашей страны женятся на иностранках гораздо реже.

Рассмотрим те плюсы, которые видят потенциальные супруги, планируя свадьбу с людьми другой национальной группы.

  1. Финансовая обеспеченность.

Большинство стремится заключить брак с европейцем либо гражданином Соединенных Штатов. Ни для кого не секрет, что в этих странах достаточно высок уровень экономической и социальной обеспеченности населения.

Большинство женщин, особенно живущих в провинции, устало от бытовых проблем и маленьких зарплат. Им хочется другого уровня жизни. Они думают, что выйдя замуж, смогут реализовать эту мечту, поскольку будущий муж будет обязан их обеспечить.

  1. Положительные характеристики мужчин.

К сожалению, алкоголизм, наркомания, тунеядство и бытовое насилие становятся вещами обыденными для образа русского мужчины за пределами столицы, в провинции. Женам приходится решать все проблемы и обеспечивать самим не только детей, но и мужа.

Пытаясь спастись от этой реальности, женщины ищут кандидата в мужья за границей. Зачастую им хочется обрести сильного мужчину, который сам сможет позаботиться о своей жене и детях. Также для некоторых женщин мужчина другой национальности или расы является более привлекательным и интересным, поскольку он отличается от окружающих ее людей. В поисках острых ощущений или экзотики она может стремиться вступить в такой союз.

  1. Возможность увидеть мир.

Далеко не все россиянки могут путешествовать по другим странам. Союз с иностранцем видится возможностью вырваться из серого ограниченного окружения.

Подобный брак позволяет изучить другой язык, познакомиться с новой культурой, религией, кухней. Все это, несомненно, помогает личности развиваться.

  1. Дети.

С древности известно, что внутриэтнические и межобщинные браки ведут к вырождению. У потомства увеличивается количество наследственных и генетических заболеваний. Союз с иностранцем приводит к так называемому смешению крови, вследствие чего дети рождаются здоровыми и сильными.

Также межэтнические браки привлекательны тем, что дети растут и воспитываются в стране с высоким уровнем социальной обеспеченности. Ребенок в экономически развитом государстве получает гораздо больше возможностей, чем в России.

Это основные причины, которые заставляют женщин вступать в такие браки. В зависимости от жизненной ситуации, могут иметь место и другие преимущества подобного межнационального союза.

Актуальные проблемы

Наряду с положительными моментами, брак с иностранцем имеет и немало недостатков. У такого союза есть и обратная сторона. Зачастую преимущество оборачивается проблемой. Рассмотрим минусы межнационального супружества.

  1. Менталитет.

В каждом обществе разные понятия об одних и тех же вещах. Отличаются отношения к семье, женщине, деньгам, решению вопросов. Далеко не каждый, вступая в брак, готов безоговорочно принять чуждые ему понятия и определения. Например, для щедрой русской души непонятна немецкая педантичность и бережливость.

Еще больше проблем возникает в браках с мусульманами. Российские женщины сильные и самостоятельные. В арабских и кавказских культурах жена полностью подчинена мужу и детям. Никого не интересует ее мнение, она обязана безропотно обеспечивать потребности семьи.

  1. Религия.

Эта проблема тесно связана с менталитетом. С христианскими культурами все проще, поскольку они радикально не отличаются друг от друга. Сложности возникают с мусульманством.

Для заключения брака необходимо приять ислам. Однако это не просто формальная процедура. Религия накладывает отпечаток на все сферы жизни мусульманина. Многие шариатские требования чужды европейской православной женщине. Все это неизбежно влечет проблемы.

  1. Дети.

Супругам бывает сложно договориться по вопросам воспитания детей. Возникают споры о том, в какой религии и культуре они будут расти, чьему языку обучаться.

  1. Семья и общество.

Не каждая семья может принять то, что сын или дочь заключили союз с иностранцем, особенно, исповедующим другую религию. Межрасовые браки даже в современной России иногда вызывают порицание или непонимание. Также христианка с ее взглядами и воспитанием с осуждением будет принята в мусульманском обществе.

  1. Языковой барьер.

Плохое знание языка создает проблемы общения не только с мужем и его семьей. Женщине тяжело адаптироваться в обществе, найти работу. Она оказывается в своеобразном вакууме, чувствует одиночество и непонимание.

  1. Карьера.

Некоторые женщины, выйдя замуж и поменяв страну проживания, желают продолжать карьеру. Но таких возможностей на родине мужа у них может и не оказаться. Российские дипломы о высшем образовании на территории иностранных государств не имеют силы. Чтобы работать врачом, учителем или юристом, придется переучиваться.

Многие годы, отданные ранее образованию и построению карьеры, пропадут зря. Получить новый диплом и хорошую работу в другой стране крайне сложно, учитывая также языковой барьер. Специфика союза людей разных национальностей и культур порождает и множество других сложностей.

Женщинам нужно помнить, что иностранцы такие же люди. У них тоже бывают проблемы с алкоголем и работой, им не чужды все те недостатки, что и россиянам.

Не секрет, что такие браки в большинстве своем заключаются по расчету, в надежде на лучшую жизнь. При возникновении теплых чувств к подданному своего государства, любовь и терпение помогут все преодолеть и решить.

Заключение межнационального брака

Когда союз на территории нашей страны заключается с иностранцем, порядок такой процедуры регулируется российским законодательством. Регистрировать супружество должны органы ЗАГСа. Но обратиться можно далеко не в любое его отделение, а только то, которое уполномочено оформлять отношения с гражданином другой страны.

Потенциальные супруги должны подать заявление о регистрации брака. Сделать это можно лично в органе ЗАГСа или многофункциональном центре. Также допускается обращение в электронной форме через портал Госуслуги. Необходимо предъявить следующие документы:

  1. Удостоверяющие личность жениха и невесты. Документ иностранца должен иметь заверенный перевод на русский язык.
  2. Справку о том, что иностранец не связан брачными узами. Выдает ее посольство или консульства той страны, гражданином которой является потенциальный супруг.
  3. О прекращении брака, если один из обратившихся ранее состоял в законных отношениях. При предоставлении такого документа иностранцем, он должен быть переведен на русский язык и заверен консульством, посольством или нотариусом.
  4. Разрешение на супружество, когда один из заявителей несовершеннолетний.
  5. Документ о перечислении госпошлины в сумме 350 рублей.

Условия оформления супружества в России для иностранца определяются нормативными актами той страны, гражданство которой он имеет. При этом действуют ограничения для женитьбы, закрепленные Семейным кодексом. Это запрет на союзы между близкими родственниками, усыновителями, недееспособными.

Права детей

В большинстве интернациональных семей рождаются дети. Неизбежно возникает вопрос: гражданство какого государства получит появившийся ребенок? Бывает, что после регистрации отношений между русской женщиной и иностранцем, наследник появляется на свет на территории нашей страны. В этом случае он приобретает российское гражданство.

Когда ребенок рождается в другом государстве, то здесь необходимо изучить его законодательство. В настоящее время большинство европейских стран дает родившемуся право приобрести гражданство его родителя. Так, если папа – француз, то его сын или дочь от брака с россиянкой получает гражданство отца.

Если же закон такой страны устанавливает иные правила, то ситуация следующая: ребенок, родившейся у пары, один из которых – россиянин, вне пределов нашего государства, становится лицом без гражданства.

Следующие правила устанавливаются в отношении прав и обязанностей отца и матери, в том числе по обеспечению детей, в межнациональных союзах. Они определяются законодательством той страны, где семья имеет общее место проживания.

Когда семья проживает раздельно, необходимо руководствоваться законами той страны, гражданство которой имеют дети. При возникновении споров по алиментам, а также иным отношениям, может быть применена нормативная база того государства, где постоянно находится ребенок.

Законодательство Российской Федерации позволяет своим гражданам вступать в барки с иностранцами. Прежде чем заключать такой союз, необходимо объективно оценить все его плюсы и минусы. Не нужно забывать, что и заморским женихам свойственны человеческие недостатки, а жизнь за границей – это не только красивая картинка из фильмов. Неминуемо возникают проблемы менталитета, религии, языка, разницы в законах.

Этнодемография, этномиграция и межэтнические браки в современной России.

Структура миграции этносов на территории современной России имеет совершенно оригинальную структуру, связанную с этническими, географическими, историческими, социальными, экономическими и иными факторами. В долгосрочной перспективе основные тенденции в миграционных особенностях тех или иных этносов качественно меняются.

Для собственно славянского населения традиционно была характерна оседлость в сочетании с повышенной мобильностью, в значительной мере предопределенной естественными условиями земледельческой экономики. Во-первых, периодически истощались пахотные почвы, и крестьяне были вынуждены осваивать новые территории. Во-вторых, подчас неурожаи заставляли целые деревни сниматься с места и искать лучших условий. В-третьих, рост населения заставлял излишки деревенских жителей искать своей судьбы вне привычных поселений.

По мере укрепления политической структуры государства и повышения роли городов, они становились центром притяжения для свободных элементов славянского населения. Можно назвать этот вектор устойчивой миграции славянского земледельческого населения центростремительным, ведущим из деревни в город.

Так как этническое ядро населения Руси было славянским и, соответственно, крестьянским, то этот центростремительный вектор выступал как фактор постоянного притока славян в города и способствовал поддержке и укреплению их языковой, культурной и обрядовой идентичности. Избыток русского сельского населения притягивался к полюсам русских городов.

Но при этом с самого начала можно зафиксировать и обратную тенденцию – постоянный отток городского населения в сторону периферии, сельской местности, малоизведанных земель.

Эта же этномиграционная тенденция продолжалась и в советское время. Крестьянские массы двигались в промышленные города, но и из этих городов отправлялись на всесоюзные стройки, на освоение новых земель.

В советское время, однако, при сохранении общей направленности славянской миграции в город и из города, на периферию, в силу ориентации государственной политики на индустриализацию и урбанизацию, концентрация населения в городах, особенно в крупных мегаполисах, стала превалироватьнад миграцией из городов, в обратном направлении. Это привело к упадку села и диспропорциональному росту городских агломератов. Но если в Европе аналогичные процессы проходили по естественным причинам – дефицит сельских угодий, то в Советской России то же явление было следствием насильственной политики. Постепенно миграция в город превратилась из идеологической установки в психологическую и социальную тенденцию, ассоциируясь с повышением престижности, социального статуса, комфорта, легкости доступа к образованию, карьере, другим возможностям жителя города по сравнению с жителем села.

Таким образом, в СССР впервые в русской истории центростремительные тенденции для собственно русского населения возобладали над центробежными. Это привело к повышению концентрации русских в мегаполисах и одновременно к упадку и вырождению села.

В современной России мы имеем дело с продолжением этномиграционных процессов, начатых в советское время, но с существенными поправками. Во-первых, приток населения из русских сел в города только еще более увеличился, а вырождение села ускорилось. Во-вторых, полностью прекратился отток из городов на периферию самой РФ. Правда, частично этот процесс сохранился, но лишь в сторону эмиграции из страны за рубеж, в первую очередь, в Европу и США. По аналогии с тем, как в советское время ехали в города за повышением социального статуса, а из малых городов – в крупные, и далее в столицы, в наше время зоной максимального престижа считаются страны Запада – Западная Европа, США и Канада.

Это обстоятельство качественно меняет этническую структуру территории всей России. Русское население движется сегодня только и исключительно центростремительно, сельское население неуклонно сокращается, деревня вымирает, гигантские территории опустошаются, оставаясь без тех, кто был их прямым и непосредственным хозяином.

Этнодемография

4 фазы демографического взрыва и фаза вымирания

Демографы выделяют в структуре демографического взрыва 4 фазы.

Он начинается с нулевой фазы, когда количество населения в сельской местности стабильно, а уровень рождаемости и смертности полностью компенсируют друг друга.

Далее наступает первая фаза, когда в деревню проникают медицинские, социальные и гигиенические средства из города, а также искусственно повышается эффективность сельскохозяйственного труда, что дает возможность не только рожать больше детей и сохранять дольше жизнь стариков, но и обеспечивать прибавочное население продуктами питания. Это дает колоссальный и стремительный прирост сельского населения. В этой фазе рождаемость резко возрастает, смертность падает, и общее количество населения столь же резко увеличивается.

Пределом этой фазы является достижение черты, выше которой прокормить добавочное население сельским коллективам не представляется возможным – ресурсы исчерпываются. Избыточные сельчане отправляются в город и пополняют ряды городского пролетариата. Попав в город, люди начинают рожать меньше детей (из-за недостатка пространства, ограниченности средств к существованию и новым нормам городского поведения).

После нее наступает вторая фаза. Здесь рождаемость падает, но продолжает падать и смертность. Общее количество населения продолжает расти, но несколько замедленными темпами. Модернизация села завершается и там остается фиксированное количество населения, устойчиво отправляющее избытки в город, где в новых условиях замедляются темпы роста рождаемости, доходя до городских норм – 1-3 ребенка на семью.

Третья фаза представляет собой процесс насыщения города, население в нем стареет и за счет этого растет уровень смертности. Рождаемость стабилизируется, но в силу накопленной инерции демографического взрыва количество населения продолжает постепенно расти.

В четвертой фазе этот процесс стабилизируется и в городе и на селе, и количество населения остается неизменным.

Эта четвертая фаза предполагает стабилизацию роста населения, но она учитывает, что сохранятся и сельские районы и городские. Если гипотетически рассмотреть пятую фазу, которую чаще всего (за редким исключением) не рассматривают сами демографы, мы можем предположить, что в какой-то момент все население сосредоточится в городах и возможность притока населения из сельских областей (с более высоким демографическим потенциалом) полностью иссякнет. Это будет означать, что все население станет городским. В этом случае произойдет не просто старение населения, но постепенное падение рождаемости и начнется вымирание населения.

Если мы применим к этой модели этносоциологический критерий, то заметим, что сельское население как среда осуществления (спровоцированного городом) демографического взрыва представляет собой этническое измерение общества, наиболее архаическое и наиболее приближенное к этноцентруму. Поэтому модернизация, дающая демографический взрыв и усложняющая социально-экономическую систему общества, одновременно приводит к росту этнической массы населения, то есть способствует появлению дополнительного количества людей, наделенных этнической идентичностью. И хотя их избыток мигрирует в город и там постепенно утрачивает этнические качества, в целом, этнические тенденции при этом оживляются как на селе, так и на периферии городских культур, постепенно формируя явление «этнопролетариата».

Законы демографического взрыва полностью применимы в отношении русского населения России. В настоящее время русские находятся в четвертой фазе, когда должна происходит стабилизация населения вокруг одних и тех же чисел: село полностью модернизировано, а пространство города насыщено. Так оно в целом и обстоит, но с тем лишь отличием, что по инерции происходит повышение смертности населения в городах (в силу их старения) и сокращается прирост населения в деревнях (в силу их упадка и опустошения). Это дает тревожную тенденцию вымирания русских. К этому следует добавить тяжелые испытания исторического характера – Первую и Вторую мировые войны, гражданскую войну, а также массовые репрессии против собственного населения в сталинскую эпоху. На естественную демографию оказали влияние и внешние факторы. В результате сегодня мы имеем показатели постоянного сокращения общего количества русских в России, включая повышение уровня смертности и сокращение рождаемости.

С этнической точки зрения этот процесс носит катастрофический характер, так как социальные, демографические и хозяйственные тенденции, приводящие к такому положению дел, носят фундаментальный характер, и переломить эти тенденции можно только чрезвычайными мерами политического, экономического, социального и идеологического толка.

Демографическое вырождение русских и изменение их зоны обитания в ходе этномиграционных процессов логически приводят к изменению этносоциального баланса на всем пространстве Российской Федерации. Вместе с русскими исчезает главный связующий элемент полиэтнического общества, то этническое и культурное ядро, которое делало народ народом.

Этнодемография архаических этносов России

Качественно иначе обстоят дела в этнической демографии других российских этносов.

Архаические этносы пребывают, по определению, в нулевой фазе демографического взрыва. При соприкосновении с индустриальным модернизированным обществом влияние медицины, обеспечения продуктами питания и средствами личной гигиены понижает детскую смертность, но параллельно этому модернизация приводит к забвению традиционных форм ведения хозяйства, упадку ремесел, нарушению экобаланса, алкоголизации и ассимиляции этносов.

Негативную роль сыграла советская практика, которая под эгидой «модернизации» архаических этносов проводила насильственную политику разрушения структур их традиционного многотысячелетнего быта, безжалостно уничтожая структуры этноцентрумов.

В современной России, когда идеологических оснований для насильственной модернизации архаических этносов больше нет, практика прямого давления на этноцентрумы прекратилась, и в Конституции РФ прямо говорится о защите прав малых этносов. Однако это декларативное заявление далеко не всегда соответствует практике местной власти, едва ли отдающей себе отчет в той колоссальной ценности, которой обладает для всего человечества каждый из этих исчезающих этносов как носитель особого языка, особой неповторимой культуры, мифов, преданий, обрядов, обычаев.

Этнодемографические особенности других этносов РФ

Другие этносы России, кроме самых малочисленных и архаических, находятся преимущественно во второй и третьей стадии демографического взрыва.

Третья стадия, при которой наблюдается умеренный рост населения, рост смертности на фоне стабилизации роста рождаемости, характерна для таких областей, как Татарстан, Башкирия, финно-угорские Республики, Калмыкия, Бурятия, Якутия и т.д. Здесь продолжается этническая миграция в города, но в целом количество горожан и сельчан стабилизируется. В таких районах этническая миграция незначительна, и общие этносоциологические пропорции сохраняются неизменными.

Вторая стадия демографического взрыва характерна для области Северного Кавказа, где воздействие индустриальной среды центральной России способствует резкому росту населения, рождаемость в сельских районах постоянно возрастает, а смертность падает. Это создает постоянный стремительный прирост населения, что приводит к демографическому дисбалансу.

Зона Северного Кавказа является областью наиболее взрывоопасных процессов в сфере этнодемографии и этномиграции.

Оттуда проистекают основные потоки этнических мигрантов под давлением естественных процессов этнодемографического роста. Сама собой складывается «кавказская проблема», постепенно приобретающая угрожающие масштабы и вызывающая нарастающие протесты среди коренного населения и приезжих из русских областей.

Оказавшаяся в социальном пространстве города с русской славянской доминантой, не получив предварительной подготовки в ходе постепенной аккультурации, не имея никаких отлаженных инструментов и институтов мягкой интеграции или ассимиляции, кавказская молодежь (а именно она становится основным контингентом мигрантов) оказывается в зоне отчуждения, подозрительности, неприязни. Не владея подчас даже азами русской культуры, испытывая проблемы с непростым для кавказцев русским языком, выходцы с Северного Кавказа начинают сформировывать особуюэтносоциальную субкультуру, выполняющую защитные, а подчас и наступательные функции.

По сходной схеме формируется этносоциологическая проблема с выходцами из стран Южного Кавказа – Азербайджана, Грузии и Армении. Разница лишь в том, что в данном случае «кавказцами» являются не граждане России, а выходцы из независимых государств.

Структурно точно такая же картина повторяется и в случае мигрантов из других стран СНГ. Выходцы из Украины и Беларуси в силу культурной, языковой, исторической и этнической близости легче интегрируются в русское общество, и особых этнических субкультур, как правило, не создают.

Сложнее обстоит дело с выходцами из азиатских республик – Узбекистан и Таджикистан, реже Туркменистан и Казахстан. Это связано с разным экономическим уровнем жизни в этих странах. Узбекистан и Таджикистан – плотно заселенные страны с очень низким уровнем жизни и относительно большим приростом населения. Избыток трудоспособного взрослого населения не может найти себе применения в этих странах, что провоцирует потоки миграции в Россию.

Приехав в Россию, мигранты из Средней Азии выступают либо как иностранцы, либо получают российское гражданство. В целом в этом случае повторяется сценарий с кавказцами. Если удается интегрироваться в русское общество, этническая идентификация отходит на второй план. Если с этим возникают проблемы, то складываются этнические (национальные – для тех, кто не является гражданином России) сообщества, использующие этническую принадлежность в инструментальных целях.

Китайцы: ассимиляция, миграция, интеграция

Все рассмотренные выше случаи относятся к тем этносам, которые в разные периоды были составной частью единого российского, а позже советского общества, а следовательно, сохранили определенные традиции совместного проживания и элементарные основы русской (советской) культуры.

Совершенно иным является характер миграции из стран дальнего зарубежья, и в первую очередь из Китая. Китай совершенно самостоятельная страна с уникальным обществом и древнейшим традиционным народом. Прекрасно адаптируясь к самым разным этническим и культурным средам, китайцы сохраняют структуру своего народа неизменной и постоянной в течение многих поколений, тогда как большинство этносов, помещенных в интенсивное поле превосходящего доминирующего этноса, быстро теряют идентичность. В городских условиях на это обычно уходит три поколения. Китайцы умудряются оставаться китайцами в чужих городах в течение десятков поколений.

Поэтому китайская миграция на российскую территорию представляет собой проблему, намного более серьезную и долгосрочную, нежели миграция из зоны Северного Кавказа или стран СНГ. В отличие от кавказцев и среднеазиатов, китайцы никогда не были частью единого культурного поля, а их социальная идентичность чрезвычайно сильна. Китайское общество легко ассимилировало многочисленные волны кочевников, которые завоевывали Китай, подчиняли его себе, становились правящей элитой, но в течение трех поколений от них не оставалось даже воспоминания, все превращались в китайцев либо вообще бесследно исчезали. Если в условиях мегаполисов это чревато лишь созданием этнических китайских кварталов, что само по себе еще не является фактором риска, учитывая гибкость и адаптивность социальных стратегий китайцев, то в компактном заселении китайцами сельских местностей Южной и Восточной Сибири и Дальнего Востока может таиться серьезная угроза проникновения на территорию России влияния китайского государства, что рано или поздно может вылиться в попытки отчуждения этих территорий от России и прокитайском ирредентизме.

Межэтнические браки

Процессы этномиграции и особенности этнической демографии подводят к проблеме межэтнических браков. Брак между гражданами различных государств квалифицируется как межнациональный брак и является особой юридической процедурой, связанной с получением гражданства одним из его участников.

В этом смысле и в наше время (как и в условиях сословного общества) возможно применить в относительном смысле критерии «гипогамии» и «гипергамии». Если ранжировать страны по уровню экономического развития, уровню социальных гарантий, комфорта, безопасности, технической оснащенности и т.д., то вполне можно выделить страны первой, второй и третьей категории. Европа и Северная Америка, а также Япония относятся к странам первой категории. Россия, Индия, Китай, Бразилия, а также ряд развитых и богатых азиатских и латиноамериканских стран могут быть отнесены ко второй категории. Все остальные – к третьей. Соответственно, межнациональные браки вполне можно распределить по этой шкале. «Гипергамией» будет тот брак, в котором один из партнеров получает гражданство страны более высокой категории. «Гипогамией» будет случай принятие партнером гражданства менее престижной страны.

В случае межэтнических браков, когда речь идет о бракосочетании представителей одной и той же страны, правовых норм не существует, и тот факт, что брак является межэтническим, можно определить только на основании этносоциологического наблюдения или явной самоидентификации самих лиц, вступающих в брак. В этом случае определить признаки «гипогамии» и «гипергамии» сложнее. Чаще всего здесь важную роль играет гендерный признак. Для мужчин и женщин, если они относятся к этническим меньшинствам, брак с представителями этноса, который является ядром главного народа или нации, будет «гипергамией». При этом для мужчины из ядерного этноса женитьба на женщине, относящейся к этническому меньшинству, никак не влияет на его статус, а в случае женщины – влияет, и может расцениваться как «гипогамия».

Чем более общество является гражданским и урбанизированным, тем менее отчетливым становится различие между «гипогамией» и «гипергамией», а межэтнический характер брака утрачивает какой бы то ни было иерархический смысл.

В современной России номинально сохраняется советский подход в сочетании с либерально-демократическими нормативами «толерантности» и этнической индифферентности западных обществ. Но на практике иерархизация межэтнических браков сохраняется, и если этнический мигрант женится или выходит замуж за представителем коренного населения, это также считается «гипергамией». При этом если речь идет о женщине, относящейся к этническому меньшинству, то для ее мужа признаки «гипогамии» отсутствуют.

При этом, чем выше уровень образования, социально-экономический статус и социальный престиж вступающих в брак, тем меньшее значение имеет их этническая идентичность. В случае межэтнического брака часто встает вопрос об этнической идентичности одного из супругов, а также о выяснении этнической идентичности совместных детей. В большинстве случаев в традиционном обществе действует правило принятия женой этнической (и конфессиональной, если она различается) принадлежности мужа. В этом случае брак начинает выполнять функции этносоциализации. Язык, употребляемой в семейной жизни, обычаи, поведенческие паттерны, обряды, культурные архетипы строятся на основе этноса мужа, к которому обычно относят и потомство. Этнос жены (матери) стирается, отходит на второй план. Именно такая модель этнической идентичности до сих пор является самой распространенной и привычной. В этом сказывается историческая инерция. В современном российском обществе большинство этнически смешанных семей по умолчанию и часто без специального решения или договора принимают и на практике воплощают этот принцип.

Гораздо реже и, как правило, в случае отчетливо выраженной «гипергамии» со стороны мужчины, относящегося к этническому меньшинству, происходит обратное: преобладающим языком семьи становится язык жены, и дети воспитываются в духе этой этнической идентичности. Если первый случай является общим и почти «само собой разумеющимся», то второй представляет собой исключение и довольно редок. Он встречается тогда, когда для всех участников брака очевидны те преимущества, которые семья и потомство могут получить от ассимиляции этнической принадлежности жены (матери).

Еще одним случаем является сохранение этнической идентичности каждого из супругов. Чаще всего воспитание детей в таких семьях является билингвистическим и бикультурным. Это бывает в том случае, если каждый из супругов по тем или иным причинам осознанно придает своей собственной идентичности ценность, не хочет с ней расставаться и, напротив, заинтересован в ее сохранении, упрочении и трансляции детям.

Еще один случай межэтнических браков представляет собой ситуацию, в которой этническая принадлежность ни для одного из супругов не имеет никакого ценностного значения, и этнический стиль семьи складывается на основании обезличенной гражданской культуры. Такие браки были весьма распространены в советское время, когда стирание этнической принадлежности было официальной идеологической и политической установкой. Язык в таком случае рассматривался как условный инструмент общения, «идиом», а вместо передаваемой по наследству этнической культуры выступали клише, напрямую транслируемые властью и политическими инстанциями. Приблизительно такой же должна быть и «образцовая либеральная семья» в современном гражданском обществе.

Все перечисленные варианты межэтнических браков встречаются в современной России. При этом статистически преобладает первый, традиционный, тогда как нормативным считается последний, космополитический.

Попался на глаза интересный материал по данным российской переписи 2010 года из которого видно — жены какой национальности в России самые желанные для мужчин своей и другой национальности. На первом месте предсказуемо оказались русские женщины — все таки титульная нация для нашей страны, а вот второе место, наверное, заинтригует всех. Смотрите результат на небольшой выборке, которую я сделал непонятно чем руководствуясь:

По вертикали идут мужчины, а по горизонтали их жены.
Многие, наверное, догадались, что это татарки. На третьем месте украинки.
Полная выборка:

Русские — 94,4% русские, 1,5% украинки, 1,1% татарки

Татары — 69,1% татарки, 21,9% русские, 5,3% башкирки

Украинцы — 71,6% русские, 20,5% украинки, 1,6% татарки, 1,2% белоруски

Башкиры — 70,3% башкирки, 15,8 татарки, 11,5% русские

Чуваши — 70,9% чувашки, 23,2% русские, 2,3% татарки

Чеченцы — 97,0% чеченки, 1,9% русские

Армяне — 70,4% армянки, 25,6% русские

Аварцы — 92,3% аварки, 2,7% русские, 1,5% кумычки, 1,0% даргинки

Мордва — 51% мордовки, 42,7 % русские, 1,8% чувашки, 1,7% татарки, 1,1% украинки

Казахи — 75,6% казашки, 15,9% русские, 3,8% татарки, 1,3 % башкирки

Азербайджанцы — 66,4% азербайджанки, 24,5% русские, 1,7% татарки

Даргинцы — 92,8% даргинки, 2,4% русские, 1,3% аварки, 1,2% кумычки

Удмурты — 63,9% удмуртки, 30,4% русские, 2,7% татарки

Марийцы — 75,1% марийки, 18,5% русские, 2,7% татарки, 1,0% чувашки

Осетины — 82,8% осетинки, 12,5% русские, 1,1% грузинки

Белорусы — 74,2% русские, 14,5% белоруски, 4,6% украинки, 1,5% татарки

Кабардинцы — 93,0% кабардинки, 4,2% русские

Кумыки — 90,3% кумычки, 2,3% русские, 1,9% аварки, 1,5% чеченки, 1,3% даргинки

Якуты — 91,3% якутки, 3,5% русские, 2,1% эвенки, 1,7% эвенкийки

Лезгины — 88,9% лезгинки, 5,5% русские, 1,0% табасаранки

Буряты — 87,3% бурятки, 10,3% русские

Ингуши — 96,4% ингушки, 2,0% русские, 1,0% чеченки

Немцы — 78,8% русские, 11,6% немки, 3,5% украинки, 1,7% татарки

Узбеки — 45,6% узбечки, 36,0% русские, 6,7% татарки, 1,7% башкирки, 1,6% таджички, 1,1% украинки, 1,1% казашки

Тувинцы — 98,4% тувинки, 1,0% русские

Коми — 60,2% коми, 32,6% русские, 2,2% украинки

Карачаевцы — 91,4% карачаевки, 5,0% русские

Цыгане — 84,6% цыганки, 12,5% русские

Таджики — 44,1% таджички, 39,1% русские, 4,6% татарки, 3,5% узбечки, 1,4% башкирки

Калмыки — 87,8% калмычки, 7,8 русские, 1,8% казашки

Лакцы — 85,3% лачки, 4,7% русские, 2,6% аварки, 2,0% даргинки, 1,6% кумычки, 1,3% лезгинки

Грузины — 56,9% русские, 30,6% грузинки, 2,2% армянки, 2,1% осетинки, 1,9% украинки, 1,2% татарки

Евреи — 64,4% русские, 28,1% еврейки, 2,5% украинки, 1,4% татарки

Молдаване — 63,7% русские, 23,3% молдаванки, 4,5% украинки,1,6% татарки

Корейцы — 59,5% кореянки, 32,8% русские, 1,5% татарки, 1,3% украинки

Табасараны — 88,9% табасаранки, 3,5% русские, 2,7% лезгинки, 1,8% азербайджанки

Адыгейцы — 84,9% адыгейки, 12,0% русские

Балкарцы — 88,8% балкарки, 4,3% кабардинки, 4,1% русские

Турки — 86,3% турчанки, 8,5% русские, 1,3% азербайджанки, 1,2% татарки

Ногайцы — 83,4% ногайки, 4,9% русские, 3,4% кумычки, 1,7% казашки, 1,4% татарки

Киргизы — 80,2% киргизки, 10,3% русские, 1,8% казашки, 1,4% узбечки, 1,3% татарки

Коми-пермяки — 63,2% коми-пермячки, 32,6% русские, 1,1% татарки

Греки — 47,9% гречанки, 42,2% русские, 2,3% украинки, 2,2% армянки

Алтайцы — 83,6% алтайки, 13,4% русские, 1,2% казашки

Черкесы — 79,8% черкески, 7,0% русские, 6,4% абазинки,1,5% адыгейки, 1,2% кабардинки, 1,0% карачаевки, 1,0% ногайки

Хакасы — 74,1% хакаски, 20,9% русские

Карелы — 57,5% русские, 32,4% карелки, 3,8% белоруски, 2,2% украинки, 1,5% финки

Поляки — 75,1% русские, 7,4% украинки, 5,8% польки, 3,2% белоруски, 1,8% немки, 1,8% татарки

Ненцы — 86,1% ненки, 6,0% русские, 2,5% коми, 2,4% хантыйки

Абазины — 72,7% абазинки, 13,3% черкески, 7,5% русские, 1,7% карачаевки, 1,1% кабардинки, 1,0% ногайки

Езиды — 94,1% езидки, 4,2% русские

Эвенки — 43,8% эвенкийки, 28,3% якутки, 15,1% русские, 5,4% эвенки, 3,3% бурятки, 1,1% долганки

Туркмены — 46,3% туркменки, 32,3% русские, 8,6% татарки, 1,5% казашки, 1,4% узбечки, 1,4% башкирки, 1,1% ногайки, 1,1% украинки

Рутульцы — 83,7% рутулки, 5,1% лезгинки, 4,3% русские, 1,1% аварки, 1,0% азербайджанки

Агулы — 84,2% агулки, 4,6% лезгинки, 3,3% русские, 2,6% табасаранки, 1,7% даргинки

Литовцы — 81,1% русские, 5,7% литовки, 3,7% украинки, 2,3% белоруски, 1,6% татарки

Ханты — 53,8% хантыйки, 30,5% русские, 5,4% ненки, 2,5% мансийки,1,8% коми, 1,7% украинки, 1,7% татарки

Китайцы — 48,7% китаянки, 37,7% русские, 4,5% бурятки, 1,9% кореянки, 1,0% якутки

Болгары — 75,8% русские, 7,0% болгарки, 5,8% украинки, 2,2% татарки, 1,9% молдаванки

Курды — 85,3% курдянки, 9,3% русские, 1,1% азербайджанки

Эвены — 43,4% эвенки, 35,7% якутки, 8,8% русские, 3,7% чукчанки, 2,6% корячки, 2,0% эвенкийки, 1,0% юкагирки

Финны — 79,0% русские, 6,2% финки, 4,7% карелки, 3,0% белоруски, 2,3% украинки

Латыши — 83,2% русские, 4,1% латышки, 3,3% украинки, 1,4% татарки, 1,3% белоруски, 1,3% немки

Эстонцы — 81,2% русские, 7,0% эстонки, 2,7% украинки, 1,9% немки, 1,3% татарки, 1,1% белоруски

Чукчи — 75,0% чукчанки, 9,2% русские, 4,6% эвенки, 3,4% эскимоски, 1,6% корячки, 1,5% якутки, 1,2% чуванки, 1,0% украинки

Вьетнамцы — 75,3% вьетнамки, 19,5% русские, 1,1% татарки

Гагаузы — 55,5% русские, 28,0% гагаузки, 4,4% украинки, 2,8% молдаванки, 2,2% болгарки, 1,9% татарки

Шорцы — 58,2% шорки, 32,5% русские, 3,7% хакаски

Цахуры — 86,5% цахурки, 4,0% русские, 2,1% рутулки, 1,9% лезгинки, 1,2% азербайджанки, 1,1% аварки

Манси — 56,7% русские, 28,3% мансийки, 4,6% хантыйки, 2,5% татарки, 1,7% коми, 1,6% украинки, 1,2% ненки

Нанайцы — 65,6% нанайки, 24,0% русские, 2,7% ульчанки, 1,6% удэгейки, 1,4% эвенкийки, 1,3% нивхки

Абхазы — 53,8% русские, 27,6% абхазки, 7,1% грузинки, 2,9% армянки, 1,4% украинки, 1,3% татарки

Ассирийцы — 46,8% ассирийки, 34,6% русские, 11,4% армянки, 1,5% украинки, 1,2% грузинки, 1,0% татарки

________
Лидеры и аутсайдеры по мононациональности браков привычны — 98% тувинцы,97% чеченцы, 96,4% ингуши vs 5,8% поляки, 5,7% литовцы, 4,1% латыши