Актуальные проблемы российского правосудия

состояние и перспективы сокращения нагрузки на судей

А. К. Большова

После некоторого спада в 2007 г., начиная с 2008 г. наблюдается тенденция значительного возрастания поступающих в арбитражные суды дел. В 2009 г. в суды поступило на рассмотрение 1 563 315 исков и заявлений — на 45% больше, чем в 2008 г., рассмотрено в 2009 г. по первой инстанции 1 409 503 дел — на 45,3% больше, чем в 2008 г.

Естественно, что увеличение количества дел напрямую связано с увеличением нагрузки на судей, рассматривавших в среднем по 65 дел в месяц (имеются в виду дела, производство по которым завершено). Это средняя нагрузка. Наибольшее количество дел в месяц рассматривали судьи арбитражных судов г. Москвы и Нижегородской области (109 дел), чуть менее — судьи Ростовской области, г. Санкт-Петербурга и Ленинградской области (97 дел). По данным ВАС РФ, в 12 судах субъектов РФ нагрузка судей составила от 80 до 100 дел в месяц, в 9 наименее загруженных судах нагрузка составила от 35 до 47 дел.

Сравнение статистических отчетов за различные периоды времени не может быть самоцелью, бесстрастным фиксированием существующего положения. Смысл их в анализе, в сопоставлении не только с цифрами других периодов, но и с определенными ориентирами, дающи-

Большова Алла Константиновна — главный научный сотрудник отдела гражданского законодательства и процесса ИЗиСП, заслуженный юрист Российской Федерации.

ми возможность сделать вывод о реальном положении дел. Рассмотрение 80—100 дел в месяц — много или мало? С какими «эталонными» цифрами следует проводить сравнение? Есть ли какие-либо утвержденные нормативы, разработанные по научной методике и определяющие допустимую нагрузку судей, позволяющую качественно осуществлять правосудие? Увы, нет!

Судья рассматривает то количество дел, которое ему поступает. Происходит это за счет уплотнения графика своей работы, времени, отведенного на отдых, на семью, что отрицательно сказывается на качестве осуществления правосудия.

Примерно в 1995—1996 гг. ВАС РФ были предприняты меры по разработке научно обоснованных нормативов нагрузки на судей. Результат удивил всех, и было решено с некоторыми поправками провести новый хронометраж работы судей десяти арбитражных судов, принимавших участие в этой работе. Когда пересчитали, оказалось, что оптимальная нагрузка судьи в месяц — восемь дел. Вновь пересчитывать не стали, установив норматив 10—12 дел в месяц. Но этот норматив утвержден не был. Сейчас Председатель ВАС РФ А. А. Иванов называет новый, тоже неутвержденный норматив — 16 дел в месяц.

Вот теперь можно оценить реально существующую нагрузку на судей: она непомерно велика, в 5—7 раз превышает предполагаемые нормативы в наиболее загруженных су-

дах, и даже в 2—3 раза в наименее загруженных.

Качество правосудия напрямую связано с нагрузкой на судей, возможностью тщательно готовиться к рассмотрению каждого дела, изучать законодательство, проводить судебный процесс в спокойной деловой обстановке, вдумчиво, грамотно изготавливать судебные решения.

Как же выйти из сложившейся ситуации, как снизить нагрузку на судей, добиться повышения качества правосудия?

Понятно, что бесконечно увеличивать численность судейского корпуса нельзя, нужны иные пути, и искать их не приходится. В утвержденной постановлением Правительства РФ от 21 сентября 2006 г. № 583 Федеральной целевой программе «Развитие судебной системы России на 2007—2011 годы» (далее — Целевая программа) предусматривается снижение нагрузки на судей, в частности, за счет внедрения примирительных процедур, внесудебных и досудебных способов урегулирования споров, в том числе вытекающих из административных правоотношений. Особенно широко предполагается внедрение медиации, т. е. разрешение споров с участием в качестве посредника независимого лица (медиатора). Обращение в Целевой программе особого внимания на медиацию не случайно, так как этот способ внесудебного разрешения споров в мировой практике применяется весьма широко и дает ощутимые результаты — до 70—80% решаемых с участием медиатора споров заканчивается заключением соглашения между сторонами.

В России медиация делает только первые шаги, принят долгожданный Федеральный закон от 27 июля 2010 г. № 193-Ф3 «Об альтернативной процедуре урегулирования споров с участием посредника (процедуре медиации)»1, при том что легаль-

1 Вступает в силу с 1 января 2011 г.

ная основа для применения медиации существует уже с 2002 г.

В частности, АПК РФ 2002 г. было введено понятие «посредник». Это лицо, оказывающее содействие в урегулировании спора. При этом судьям была вменена обязанность разъяснять сторонам их право до разрешения спора в суде обратиться к посреднику (п. 2 ч. 1 ст. 135 АПК РФ). Однако эта полезная норма, позволяющая перевести разрешение спора из суда в иную сферу — сферу мирного урегулирования конфликта и тем самым снизить нагрузку на судей, оказалась невостребованной. Достаточно сказать, что из 1 409 503 дел, рассмотренных судьями первой инстанции в 2009 г., мировые соглашения с участием посредника заключены лишь по 59 делам, что составляет всего лишь 0,004% от общего количества рассмотренных дел.

Трудно, почти невозможно понять, почему судьи, работая в тяжелейших условиях, не используют предоставленные им АПК РФ возможности, почему руководство судов не требует этого от судей, хотя снижение нагрузки на судей связано именно с внедрением в судебную систему примирительных процедур.

Однако решит ли Закон о медиации проблему нагрузки на судей? Достаточно ли для этого одного закона, одной примирительной процедуры? Сомнений в эффективности медиации нет, она доказана мировой практикой. Но ее внедрение потребует определенного времени. К тому же Целевой программой предусматривается введение в правовую систему России также иных примирительных процедур, внесудебных и досудебных способов разрешения споров. Таких процедур существует множество. Наиболее ярким примером использования различных примирительных процедур является правовая система США2. Опыт этого госу-

2 Подробнее об этом см.: Носырева Е. И. Альтернативное разрешение споров в США. М., 2005.

дарства и других зарубежных стран может быть использован и в России. При этом у нас имеется и собственная, прекрасно зарекомендовавшая себя практика, в частности претензионный порядок урегулирования споров, существовавший до 1995 г. До 1992 г., т. е. до создания системы арбитражных судов, хозяйственные споры в СССР рассматривали государственные и ведомственные арбитражи. Тогда для всех категорий дел, рассматриваемых арбитражами, Положением о порядке предъявления и рассмотрения претензий предприятиями, организациями и учреждениями и урегулирования разногласий по хозяйственным договорам, утвержденным постановлением Совета Министров СССР от 17 октября 1973 г. № 758, был установлен обязательный доарбитраж-ный порядок урегулирования споров. Целью установления такого порядка было «быстрейшее восстановление нарушенных прав предприятий, организаций и учреждений, а также урегулирование возникших между ними разногласий по хозяйственным договорам на основе строгого соблюдения социалистической законности, государственной и договорной дисциплины в хозяйственной деятельности предприятий, организаций и учреждений».

Несмотря на несколько устаревшее звучание некоторых слов, основная цель претензионного порядка, установленного указанным документом, — быстрейшее восстановление нарушенных прав — весьма актуальна и в наши дни. Обязательное предъявление претензии по возникшему спору до обращения в Госарбитраж, обязанность получившего претензию рассмотреть ее в месячный срок и удовлетворить, если она является обоснованной, давали весьма ощутимые результаты — до 90% претензий удовлетворялось, эти споры до Госарбитража не доводились, количество поступающих споров ежегодно сокращалось. Приведенные данные о количестве удовлетво-

ренных претензий основаны на собственном опыте. Они подтверждаются и В. С. Анохиным, так охарактеризовавшим отказ от претензионного порядка урегулирования споров: «Это нововведение опасно, как представляется, значительным увеличением количества судебных исков. Ведь практика свидетельствует, что количество претензий в 8—10 раз больше, чем исков»3.

После создания арбитражных судов в 1992 г. претензионный порядок урегулирования споров был отменен, но Верховный Совет РФ принял постановление от 24 июня 1992 г. № 3116-1 «Об утверждении Положения о претензионном порядке урегулирования споров», задачей которого было урегулирование «экономических споров и споров сфере управления между предприятиями, учреждениями и организациями государственной власти и управления… гражданами-предпринимателями». Это Положение применялось, если иное не было установлено законодательством, действующим на территории РФ.

Указанным положением регулировался порядок предъявления и рассмотрения претензий, а также порядок исполнения признанной претензии. Право на обращение в арбитражный суд заинтересованной стороне предоставлялось в случае полного или частичного отказа в удовлетворении претензии или в случае неполучения в установленный срок ответа на претензию.

Однако названное Положение действовало недолго: Федеральным законом от 5 мая 1995 г. № 71-ФЗ «О введении в действие Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации» оно было отменено с 1 июля 1995 г. Может быть, настало уже время вспомнить о претензионном порядке, как об одном из досудебных способов разрешения споров? Конечно, вводить претензи-

3Анохин В. С. Арбитражное процессуальное право России: учебник. М., 1999. Гл. III.

онный порядок как единственный досудебный способ урегулирования споров в настоящее время нельзя.

Часть 2 ст. 45 Конституции РФ позволяет каждому защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом. Это предполагает не только множественность таких способов, но и свободу выбора любого из них, устраивающего спорящие стороны, если этот способ не запрещен законом. Частью 5 ст. 4 АПК РФ установлена возможность для сторон предусмотреть в договоре претензионный или иной досудебный порядок урегулирования спора, предшествующий обращению в суд. К сожалению, эта возможность сторонами используется крайне редко. Оказалось, что при возникновении спора проще обратиться непосредственно в суд, воспользовавшись правом на судебную защиту (ч. 1 ст. 46 Конституции РФ) практически безо всяких ограничений. Ограничения в виде предварительного соблюдения претензионного или иного досудебного порядка урегулирования спора применяются, если такой порядок установлен федеральным законом. В этом случае обращение в суд возможно только после соблюдения досудебного порядка урегулирования спора. Такой порядок установлен для определенных правоотношений, например в случаях изменения или расторжения договоров (ст. 452 ГК РФ), при досрочном рассторжении договора аренды (ст. 619 ГК РФ). Но почему бы не ввести такой же порядок для всех (или почти всех) категорий споров, не дать сторонам возможность разумного и мирного урегулирования возникшего конфликта?

Внедрение таких способов не только сократит нагрузку судей в арбитражных судах, но и позволит более быстро и эффективно восстановить нарушенное право. Для этого необходимо в законодательном порядке закрепить обязанность каждого до обращения в арбитражный суд обратиться к другой стороне с предложением урегу-

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

лировать возникший спор в досудебном порядке. Если между сторонами установлены договорные отношения, в договоре должен быть согласован досудебный порядок урегулирования спора. Это условие договора следует признать существенным, и если оно в договоре отсутствует, договор признается незаключенным.

При оспаривании нормативных правовых актов, решений, действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов и должностных лиц, а также при обжаловании решений административных органов о привлечении к административной ответственности следует установить, что до обращения в суд заинтересованное лицо подает жалобу в вышестоящий орган. Этот порядок, помимо достижения основной цели — досудебного урегулирования конфликта, имеет и такое преимущество, как информирование через жалобу руководителей вышестоящих органов о положении дел в нижестоящих, что, в свою очередь, позволит навести в подчиненных структурах должный порядок, снизит количество допускаемых ими нарушений.

По остальным спорам, не вытекающим из договорных, а также административных и иных публичных правоотношений при возникновении конфликта, стороны в установленный законом срок обязаны будут принять меры для согласования внесудебного способа урегулирования спора, примерный перечень которых может быть дан в законе, и соблюсти его до обращения в суд. Уклонение от этой обязанности должно влечь для виновной стороны установленные законом санкции.

Внедрение досудебных и иных несудебных способов разрешения споров не противоречит конституционному праву каждого на судебную защиту его прав и свобод (ч. 1 ст. 46 Конституции РФ), так как в случае недостижения урегулирования конфликта в несудебном порядке заин-

тересованная сторона всегда вправе перенести его разрешение в суд.

Хотелось бы еще сказать о медиации. Безусловно, это эффективный, быстрый и мирный способ разрешения спора, позволяющий соблюсти интересы спорящих сторон, сохранить их отношения на будущее. Однако нужно иметь в виду, что медиация — это в основном платная услуга, не всегда доступная мелким предпринимателям, малому бизнесу, да к тому же в силу своей новизны не всегда понятная. Следовало бы начать внедрение медиации непосредственно в судах, используя ее как досудебный способ разрешения спора. Если спор возникает не из договора или административных и иных публичных правоотношений, для которых законом установлен определенный порядок урегулирования спора, и стороны в установленный законом срок не смогли договориться о способе урегулирования конфликта, заинтересованная сторона обращается в суд. Независимо от ее просьбы суд, в целях соблюдения обязательного досудебного порядка урегулирования спора, назначает медиато-ра-судью, который в случае недостижения соглашения передает дело на рассмотрение другому судье. Судебная медиация дополнительно не оплачивается и позволяет, вовлекая в медиацию определенный круг лиц, шире знакомить спорящие стороны с принципами медиации, выявляя ее привлекательные стороны.

Помимо досудебных способов урегулирования споров, возможны иные решения, направленные на сокращение нагрузки на арбитражные суды.

Согласно КоАП РФ привлечение к административной ответственности производится в административном либо в судебном порядке. Отказ от судебного порядка, передача решения этого вопроса административным органам несколько сократят нагрузку на арбитражные суды. Согласно статистическим данным

ВАС РФ за 2009 г., количество дел об оспаривании решений административных органов о привлечении к административной ответственности (45 587) лишь не на много превышает количество дел о привлечении к административной ответственности в судебном порядке (на 4701, или на 11,5%). Количество составов административных правонарушений, по которым привлечение к ответственности производится в административном порядке, превышает количество составов административных правонарушений, по которым привлечение к ответственности производится в судебном порядке. Поскольку не все привлеченные к ответственности в административном порядке оспаривают решения административных органов, сопоставление приведенных выше цифр позволяет надеяться, что отказ от привлечения к административной ответственности в судебном порядке даст положительный результат.

Неплохо было бы, используя опыт Англии, ввести понятие малых ис-ков4, размер требований по которым ограничен определенной суммой. Решения по таким делам могут содержать лишь резолютивную часть, а мотивированное решение изготавливается лишь в случае поступления апелляционной жалобы.

Следует изменить редакцию ст. 137 АПК РФ, предоставив суду право с учетом готовности дела к судебному разбирательству после завершения предварительного заседания открывать судебное заседание, несмотря на возражения участвующих в деле лиц, если они не обоснованы.

Кроме того, поскольку установленное ст. 135 АПК РФ собеседование

4 См.: Кудрявцева Е. В. Реформа английского гражданского процессуального законодательства продолжается // Гражданское и гражданское процессуальное право в России и зарубежных странах, тенденции развития и перемены: сб. науч. ст. М., 2010.

судьи со сторонами носит разъяснительный характер и не завершается принятием судебных актов, направленных на ускорение рассмотрения дела (все ходатайства разрешаются в предварительном судебном заседании), необходимо исключить собеседование как самостоятельную стадию подготовки дела к судебному разбирательству, объединив ее с предварительным судебным заседанием.

В штатах арбитражных судов имеется должность помощника судьи, в обязанность которого входит обеспечение деятельности судьи и ведение протокола судебного заседания. Помощник судьи, согласно квалификационным требованиям, должен иметь высшее юридическое образование, стаж работы — не менее двух лет гражданской службы или трех лет работы по специальности.

В целях уменьшения нагрузки на судей следовало бы предоставить помощникам право после поступления исковых заявлений (заявлений) решать вопрос о принятии их к производству или об оставлении их без движения с осуществлением дальнейшего контроля за своевременным поступлением исправлений, указанных в определении об устранении недостатков. Эта мера также несколько снизит нагрузку на судей, позволит им сосредоточиться на рассмотрении дел и в какой-то степени позволит решить проблему резерва судебных кадров. Немаловажным представляется проведение предварительной учебы кандидатов в судьи, обучение их методике организации работы, организации и проведения судебного процесса, что, безусловно, скажется на качестве осуществления правосудия, на быстроте вхождения молодых судейских кадров в профессию.

В целях повышения авторитета третейских судов следует снять запрет для судей в отставке осуществлять деятельность третейских судей и арбитров. Повышение обращаемо-

сти в третейские суды неизбежно положительно скажется на нагрузке федеральных судей.

И наконец, почему бы России не перенять опыт США в плане осуществления частного правосудия, т. е. рассмотрения дел судьями в отставке, избранными сторонами5.

Эта мысль не так уж крамольна, как может показаться на первый взгляд. Ведь это — лишь использование зарубежного, оправдавшего себя опыта и знаний ушедших в отставку судей, потенциал которых полностью не востребован.

В завершение необходимо отметить следующее. В последние годы заметно активизировалась деятельность по изменению процессуального арбитражного законодательства и существующего в России судопроизводства. Безусловно, реформирование судебной системы необходимо. Идея создания специализированных судов направлена на повышение качества правосудия за счет более узкой специализации судей. Возможно, что это шаг на пути объединения двух ветвей судебной власти и созданию единой судебной системы, руководимой одним высшим судебным органом. Однако создание специализированных судов, внесение изменений в процессуальное арбитражное законодательство, предлагаемое изменение судоустройства связано с расширением полномочий арбитражных судов, передачей в их компетенцию из судов общей юрисдикции ряда категорий дел. Эти меры еще более увеличат нагрузку судей арбитражных судов, создадут в них кризисную ситуацию.

Поэтому в целях сохранения судебной системы, обеспечения ее деятельности в первую очередь нужно решить задачу сокращения нагрузки на судей, а потом уже браться за реформирование судебной системы.

5 См.: Носырева Е. И. Указ. соч.

Библиографический список

Анохин В. С. Арбитражное процессуальное право России: учебник. М., 1999. Гл. III.

Кудрявцева Е. В. Реформа английского гражданского процессуального законодательства продолжается // Граждан-

ское и гражданское процессуальное право в России и зарубежных странах, тенденции развития и перемены: сб. науч. ст. М., 2010.

Носырева Е. И. Альтернативное разрешение споров в США. М., 2005.

В результате изучения главы студент должен:

  • • знать социально-правовую сущность правосудия как формы реализации судебной власти; соотношение понятий «правосудие» и «судопроизводство»; основные направления антикоррупционной политики в России, понятие и систему антикоррупционных стандартов в сфере уголовного судопроизводства; понятие и сущность транспарентности правосудия, специфику транспарентности правосудия в странах континентально-европейской правовой семьи; социальноправовую сущность судебного контроля в досудебном производстве;
  • • уметь показывать взаимосвязь сущностных, организационно-управленческих и процедурных характеристик конкретных уголовно-процессуальных институтов, стадий уголовного процесса, элементов правоохранительной системы; выявлять и анализировать факторы, способствующие повышению и снижению эффективности правосудия;
  • • владеть навыками ведения дискуссии, связанной с основными направлениями реформирования системы российского правосудия.

Ключевые термины: судебная власть, правосудие, антикоррупционные стандарты, антикоррупционная политика, транспарентность правосудия, гласность уголовного судопроизводства, судебный контроль.

Понятие и термин «правосудие» в науке и законодательстве

Термин «правосудие» употребляется в юридических текстах очень часто, в том числе в составе разного рода устойчивых словосочетаний: «отправление правосудия», «осуществление правосудия», «доступ к правосудию» и т.д. Анализ разных источников дает основание утверждать, что названный термин употребляется в несовпадающих значениях даже в официальных текстах, не говоря уже о научных трудах и публичных выступлениях. Выделим основные и наиболее распространенные значения.

  • 1. Правосудие – это социально-правовой феномен, характеризующий такое состояние общества, при котором с помощью всех государственных органов, и в первую очередь судов, обеспечивается верховенство права, охрана и защита прав и свобод человека и гражданина, справедливое разрешение любых социальных конфликтов в сфере права в случаях их возникновения. В этом смысле правосудие выступает как некое формально фиксируемое олицетворение справедливости, как цель существования всей государственной машины и ее взаимодействия с обществом и гражданами. Известно, что латинское слово «justitia» не только прямо заимствовано русским языком для обозначения сферы профессиональной юридической, в первую очередь государственной, деятельности («юстиция»), но и переводится как «правосудие», «справедливость», а иногда – «законность».
  • 2. Правосудие – это средство сохранения и восстановления социального мира, т.е. особый правозащитный организационно-процедурный механизм, который должен быть доступен любому человеку, считающему нарушенными свои гражданские права и свободы, и достаточно эффективен для обеспечения защиты этих прав и свобод. Образован этот механизм, во-первых, системой особых государственных органов – судов, к исключительной компетенции которых Конституцией РФ и федеральным законом отнесено рассмотрение и разрешение разного рода судебных дел, а во-вторых, комплексом процедурных правил, обеспечивающих его доступность, эффективность и подконтрольность гражданскому обществу.
  • 3. Правосудие – это вид государственной деятельности, службы, связанной с судебным разбирательством уголовных, гражданских и арбитражных дел, дел об административных правонарушениях, разрешение Конституционным Судом РФ вопросов о соответствии Конституции РФ отдельных законов или иных нормативных правовых предписаний. В первую очередь это деятельность самих профессиональных судей, к которой применимо словосочетание «отправление (или осуществление) правосудия», и присяжных заседателей, вошедших в состав сформированной коллегии по конкретному делу. Однако, употребляя термин «правосудие» в этом значении, обычно имеют в виду всю сопутствующую деятельность всех сотрудников судебных учреждений, в том числе и тех, которые участвуют не в рассмотрении собственно судебных дел, а, например, в отборе и вызове кандидатов в присяжные заседатели. Государственная служба в «системе правосудия» – это, таким образом, не только деятельность самих судей.

Все три из названных значений правосудия не существуют друг без друга. Государственное устройство любой страны на современном уровне развития сопряжено с существованием системы независимых государственных органов судебной власти, которые при всей своей независимости представлены государственными служащими, живущими по всем правилам государственной службы. В судебной системе существуют свои правила назначения на должности, официальной отчетности о работе, дисциплинарной ответственности за какие-то проступки и т.д. Осуществление правосудия в самом высоком, общечеловеческом понимании этого слова в принципе возможно только в рамках государственной службы конкретных судей, которая, в свою очередь, обеспечивается служебной деятельностью специального аппарата государственных служащих.

В идеале все три значения понятия правосудия должны совпадать, поскольку общество, выделяя из своей среды в процессе эволюции особую структуру под названием «судебная власть», изначально было сориентировано на такое совпадение. Как минимум, на уровне официальных документов и заявлений в любой стране суд всегда позиционировался как орган, обеспечивающий общественное благо и справедливость. Здесь, однако, нельзя не согласиться с И. Б. Михайловской, отмечающей следующее: «Наличие системы судебных органов еще не говорит, что в данном государстве есть судебная власть», хотя «судебная власть не может существовать без судебной системы». То же и с правосудием: ни присутствие государственных судов как таковых, ни наличие урегулированных процедур их деятельности, ни даже формальное соблюдение всех процедурных ритуалов судопроизводства сами по себе правосудия в стране не гарантируют. Тем не менее стремление к правосудию в общечеловеческом его понимании – это закономерность общественного развития всех стран.

В преамбуле к Конституции США второй из шести целей ее принятия (сразу вслед за главной – «образовать более совершенный союз») указано: «установить правосудие» («establish Justice»). Под правосудием здесь, несомненно, понималась не только справедливость, но и система государственных учреждений, устроенная по какому-то общему для всех объединяющихся штатов образцу и действующая по каким-то схожим для всех штатов правилам. В одном из изданий знаменитого Толкового словаря русского языка В. И. Даля при отсутствии толкования слова «правосудие» слово «правда» толкуется как «истина на деле, в образе, во благе; правосудие, справедливость» и далее: «Правда, стар. – право суда, власть судить, карать и миловать, суд и расправа». Столь непривычное для современного понимания старорусское толкование слова «правда», тем не менее, объясняет название наиболее известных источников древнего русского права – «Русская правда» («Правда Ярослава») и «Правда Ярославичей» – и общечеловеческий смысл, который в них вкладывался издавна.

В разных значениях и с разными смысловыми оттенками термин «правосудие» употребляется и в нормативных правовых актах, используемых в регулировании общественных отношений в сфере уголовного судопроизводства и так или иначе связанных с нею.

В подп. «с» п. 3 ст. 6 ЕКПЧ среди минимально необходимого комплекса прав обвиняемого указано право «пользоваться услугами назначенного ему защитника бесплатно, когда того требуют интересы правосудия». Здесь речь идет явно не о государственной службе судей и не о потребностях системы государственных органов. Не в последнюю очередь сказанное касается и соблюдения процедурных правил рассмотрения конкретного дела. Правосудие и его интересы понимаются здесь в самом высоком, общечеловеческом, международноправовом и конституционном смысле: как справедливое разрешение любого социального конфликта органами судебной власти.

Это же словосочетание – «интересы правосудия» – используется и в п. 1 ст. 6 ЕКПЧ для обозначения условий ограничения гласности судебного разбирательства. В этом контексте еще более очевидно, что значение термина «интересы правосудия», по смыслу Конвенции, выходит не только за рамки конкретного рассматриваемого дела, но, возможно, и за рамки судебной деятельности вообще: последствия разглашения каких-то сведений, требующих конфиденциальности, могут нанести вред интересам людей, не участвующих в настоящем деле.

«Обеспечение авторитета и беспристрастности правосудия» – это, согласно ст. 10 ЕКПЧ, одно из важнейших условий ограничения «свободы выражения мнений» как одной из фундаментальных свобод человека и гражданина в демократическом обществе. В данном случае речь идет прежде всего о процедурно-деятельностном значении правосудия: свобода выражения мнения кем бы то ни было не должна препятствовать осуществлению судебного разбирательства по конкретным делам и не может принижать авторитет состоявшихся судебных решений, даже если автор мнения с этим решением не согласен. Без уважительного отношения к судебному решению, вступившему в законную силу, правосудие в значении «справедливость» тоже невозможно, поскольку задача суда и в его лице судебной власти ставить официальную точку в любом конфликте и в любом споре. В этом залог социального мира. У древних римлян была характерная поговорка: «Res judicata facit ex albo nigrum, ex nigro album, ex recto curvum, ex curvo rectum» (буквально: «состоявшееся судебное решение делает из белого черное, из черного белое, из прямого кривое, из кривого прямое»). Все частные споры и оценки, согласно этому обычаю, должны были прекращаться сразу же после того, как вступило в силу решение легитимного и авторитетного суда, каким бы неправильным по существу кому-то лично это решение ни казалось. Этот принцип не утрачивает своей актуальности и по сей день и должен быть определяющим во взаимоотношениях между всеми субъектами права, как наделенными властью, так и не наделенными ею, во взаимоотношениях судебной власти с институтами гражданского общества и СМИ. Это правило уважается и постоянно подчеркивается в решениях ЕСПЧ: выявляя нарушения фундаментальных прав и свобод граждан разных государств в судебных и досудебных процедурах, ЕСПЧ никогда не оспаривает существа самих судебных решений, полагая, что оценка доказательств и установленных фактических обстоятельств дел является исключительной компетенцией национальных (внутренних) судов конкретных государств.

В Конституции РФ термин «правосудие» употребляется в нескольких значениях. В ст. 18 указано, что правосудием обеспечиваются права и свободы человека и гражданина. Под правосудием здесь явно понимается система государственных органов и система процедур, в которых они функционируют и к которым гражданин может прибегнуть для защиты своих прав и свобод. При осуществлении правосудия запрещается использовать доказательства, полученные с нарушением федерального закона (п. 2 ст. 50 Конституции РФ), а доступ к правосудию потерпевшим от преступлений обязано обеспечить государство (ст. 52 Конституции РФ); эти процедурные правила есть процессуальное выражение фундаментальных прав и свобод человека, и значение слова «правосудие» здесь выходит за сугубо процедурные рамки.

Особенности российского уголовного процесса как разновидности его континентально-европейского (смешанного) типа порождают специфику реализации права человека и гражданина на справедливое судебное разбирательство и на доступ к правосудию. Как правильно отмечает Т. В. Трубникова на основе анализа практики ЕСПЧ, «право на эффективное предварительное расследование и на доступ к такому расследованию является для лиц, пострадавших от преступлений, посягающих на жизнь, а также нарушающих право на свободу от пыток, жестокого и унижающего достоинство обращения, необходимой предпосылкой для реализации впоследствии их права на доступ к правосудию». Досудебное производство по уголовным делам, правосудием, естественно, не является, поскольку осуществляется не судом. Однако в контексте обеспечения доступа к правосудию в современной России необходима специальная оговорка о доступе к стадиям возбуждения уголовного дела и предварительного расследования, поскольку именно они по подавляющему большинству уголовных дел являются «стартовой площадкой» для всего уголовного судопроизводства. По этой же логике принятие властных решений на основе незаконно полученных доказательств не допускается и на этапе досудебного производства, хотя прямо в тексте Конституции РФ этого не сказано.

В формулировке ч. 5 ст. 32 Конституции РФ о праве граждан России участвовать в отправлении правосудия внешне превалирует процедурная составляющая. Однако в самой этой конституционной норме содержится принципиальное положение о «народном элементе» в правосудии, благодаря которому оно, по меткому замечанию С. И. Викторского, является именно правосудием, а не одним только производством судебных дел.

В положениях гл. 7 Конституции РФ, посвященной самой судебной власти, процедурно-организационное содержание понятия правосудия сливается с его конституционно-правовым и общечеловеческим значением. Согласно ч. 1 ст. 118 Конституции РФ правосудие в России осуществляется только судом, образуя прерогативу судебной власти, а финансирование судов только из федерального бюджета призвано обеспечить возможность полного и независимого осуществления правосудия в соответствии с федеральным законом (ст. 124 Конституции РФ). Формально речь здесь идет о закреплении компетенции за органами одной из ветвей государственной власти и о финансовом обеспечении реализации полномочий этих органов. Однако глубинный смысл этих положений восходит к общеправовым принципам разделения властей и независимости судей.

С учетом сказанного научный и практический интерес представляет специфика использования термина «правосудие» в гл. 31 УК РФ («Преступления против правосудия»). Уголовно-правовые нормы, содержащиеся в этой главе, являются, как известно, средством обеспечения реализации многих уголовно-процессуальных норм и, в конечном счете, важнейшим элементом в системе правовых гарантий решения задач правосудия.

В диспозиции ч. 1 ст. 294 УК РФ («Вмешательство в какой бы то ни было форме в деятельность суда в целях воспрепятствования осуществлению правосудия (курсив мой. – А. Т.)») проводится оправданное разграничение между понятиями «деятельность суда» и «осуществление правосудия», что само по себе означает возможность неправосудной деятельности суда. В этих случаях судопроизводство, судебное разбирательство и даже «отправление правосудия» в процедурном смысле осуществляется, а правосудие в конституционно-правовом смысле – нет. Для уголовно-процессуального понимания этих же терминов такое разграничение не характерно, поскольку в уголовно-процессуальном законе, по общему правилу, отражается должное, предписанное законодателем положение вещей, норма, а в материальном уголовном законе – противоправная патология. О патологии идет речь и в п. 2 ст. 1070 ГК РФ, предусматривающем, что «вред, причиненный при осуществлении правосудия (курсив мой. – А. Т.), возмещается в случае, если вина судьи установлена приговором суда, вступившим в законную силу». Понятно, что под правосудием здесь понимается процедура, которая, судя по всему, закону не соответствовала и, более того, была сопряжена с преступной деятельностью судьи. В международно-правовом и конституционно-правовом смысле при осуществлении правосудия (правого суда) вред в принципе причинен быть не может.

В ст. 295 УК РФ («Посягательство на жизнь лица, осуществляющего правосудие (курсив мой. – А. Т.) или предварительное расследование») обратим внимание на перечень лиц, в отношении которых могут быть совершены преступления. «Посягательство на жизнь судей, присяжных заседателей или иного лица, участвующего в отправлении правосудия (курсив мой. – А. Т.), прокурора, следователя, лица, производящего дознание, защитника, эксперта, специалиста, судебного пристава, судебного исполнителя, а равно их близких, в связи с рассмотрением дел или материалов в суде, производством предварительного расследования, либо исполнением приговора, решения суда или иного судебного акта, совершенное в целях воспрепятствования законной деятельности указанных лиц либо из мести за такую деятельность». Как видим, уголовный закон в данном случае допускает смешение разных видов уголовно-процессуальной и иной юридической деятельности, разных стадий процесса, распространяет «участие в отправлении правосудия» на неопределенный круг лиц, хотя это не то же самое, что «участие в уголовном судопроизводстве». Аналогичная формулировка используется также в ст. 311 УК РФ. В этом плане более точны положения ст. 296 УК РФ, в названии которой словосочетанием «в связи с осуществлением правосудия (курсив мой. – А. Т.)» законодатель открыл для себя возможность приводить практически неограниченный перечень потенциальных жертв рассматриваемого преступления. Не углубляясь в критику материально-правовых норм с процессуальных позиций, отметим, что при всех допущенных неточностях приведенные статьи уголовного закона в целом верно отражают главную суть правозащитной проблемы, в решении которой они призваны участвовать. Для того чтобы в стране воцарилось правосудие в высоком, общечеловеческом понимании этого слова, необходимо оградить от преступных посягательств не только судей и присяжных заседателей, осуществляющих правосудие в силу предоставленных им уголовно-процессуальных полномочий, но и всех других лиц, профессионально занятых в сфере правосудия или причастных к его осуществлению по конкретным делам в любом процессуальном качестве. Правосудие как формально-властное выражение справедливости должно быть свободно от любого внешнего неправомерного или даже аморального воздействия на любого из его участников в целях воспрепятствования разрешению дела в соответствии с целями правосудия.

В уголовно-процессуальном законе термин «правосудие» употребляется, главным образом, в процедурном значении: «судебное заседание» понимается здесь как «процессуальная форма осуществления правосудия (курсив мой. – А. Т.)» (п. 50 ст. 5 УПК РФ), а «судья» как «должностное лицо, уполномоченное осуществлять правосудие (курсив мой. – А. Т.)». К процедурному выражению в уголовно-процессуальном законе, в конечном счете, сводятся и конституционные положения об основных правах и свободах человека и гражданина и о судебной власти. В тексте УПК РФ эти нормы становятся либо принципами уголовного судопроизводства (ст. 8 УПК РФ «Осуществление правосудия (курсив мой. – А. Т.) только судом»), либо конституционной основой крупных процессуальных институтов (ст. 125 УПК РФ «Судебный порядок рассмотрения жалоб», на действия и решения, способные «затруднить доступ к правосудию (курсив мой. – А. Т.)»). Конституционные положения о правосудии используются в УПК РФ также в качестве правовой основы для решения частных процессуальных вопросов, например, о самоотводе кандидата в присяжные по мотиву невозможности его участия в осуществлении правосудия по религиозным соображениям (ч. 7 ст. 326 УПК РФ) или о применении особого порядка производства по уголовным делам в отношении судей в «период осуществления ими правосудия» (п. 2 ч. 1 ст. 447 УПК РФ). Процедурная конкретизация – необходимое свойство уголовно-процессуального закона, который в силу главного его назначения (урегулирование общественных отношений в уголовно-процессуальной сфере) не должен содержать деклараций, приемлемых в тексте Конституции РФ и международных конвенций, а по возможности и просто лишних, пусть даже очень красивых и важных слов.

Вместе с тем вполне оправданным представляется использование термина «правосудие» в значении, выходящем за рамки формально-процедурного, во вновь введенной Федеральным законом от 29 декабря 2010 г. № 433-Φ3 ст. 401.6 УПК РФ, в которой определяются условия поворота к худшему при пересмотре судебного решения, «если в ходе судебного разбирательства были допущены повлиявшие на исход дела нарушения закона, искажающие саму суть правосудия (курсив мой. – А. Т.)) и смысл судебного решения как акта правосудия (курсив мой. – А. Т.)». Очевидно, что выражение «сама суть правосудия» не совпадает по своему юридическому значению с «судебным разбирательством», «судопроизводством» и даже с «отправлением правосудия», если под последним понимать определенный набор официальных процедур. Такой же вывод обычно делается в литературе на основе анализа практики Конституционного Суда РФ, последовательно подчеркивающего, что «правосудие по самой своей сути может признаваться таковым лишь при условии, что оно отвечает требованиям справедливости и обеспечивает эффективное восстановление в правах».

Подводя итог сказанному, сформулируем определение правосудия, в котором объединяются философское, международно-правовое, конституционно-правовое и процессуальноотраслевое значение этого понятия.

Правосудие – это совокупность государственных организационно-правовых гарантий прав и свобод человека и гражданина, интересов общества, образованная системой органов судебной власти (судов) и функционирующая в форме рассмотрения и разрешения компетентными, независимыми и беспристрастными судами дел о социальных конфликтах правового содержания с использованием для этого специальной процедуры, отвечающей требованиям доступности, справедливости, открытости для общественного контроля и наиболее приспособленной для разрешения правовых конфликтов конкретной отраслевой принадлежности.

УДК 342.59

Д. И. Артёмова, Е. А. Медведева

ПРОБЛЕМЫ ДОСТУПНОСТИ ПРАВОСУДИЯ В РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Аннотация. В статье рассмотрена проблема доступности правосудия в теории и на практике. Указаны аспекты, определяющие доступность правосудия. Проанализированы проблемы чрезмерности судебных расходов, упрощения процедуры для обращения в суд, расширения сферы деятельности общественных организаций, призванных оказывать гражданам правовую помощь и осуществлять защиту их прав и интересов, развития системы электронного обеспечения правосудия и пр. Приведены отдельные стратегии по обеспечению доступа к правосудию.

Ключевые слова: доступность правосудия, судебная защита, дифференциация судов, оптимизация, судебные расходы, электронное обеспечение правосудия.

Одним из признаков правового государства традиционно признается независимость суда и осуществляемого им правосудия. Многие государства предпринимали попытки приблизить правосудие к искомому идеалу его независимости. Однако для достижения поставленной цели необходима модернизация всей системы судебной власти. В связи с этим весьма остро встала проблема доступности правосудия. Об этом свидетельствует тот факт, что необходимость законодательного регулирования доступности правосудия возникла как на государственном, так и на международном уровне. Примером могут служить и национальные источники, и документы Совета Европы. Так, Комитетом министров Совета Европы была разработана и принята Рекомендация № Я (81) 7 государствам-членам относительно путей облегчения доступа к правосудию.

Ориентированность на принцип доступности правосудия отражена и в Концепции судебной реформы в России, принятой в 1991 г. За прошедшие годы в реализации данного принципа прорыва не произошло. Российскому государству еще предстоит создать условия, когда доступ к правосудию не будет зависеть от правовых познаний или материального положения. Вместе с тем в качестве важного результата надлежит рассматривать то, что судебная власть и судопроизводство обрели системный характер .

Проблема доступности правосудия в теории и на практике рассматривается в различных аспектах. Так, В. В. Ярков называет следующие основные факторы, определяющие доступ к правосудию: продолжительность судебных процессов, удорожание всей «юридической инфраструктуры», включая сферу представительства, изменение экономических условий деятельности адвокатуры и нотариата, усложнение организации судебной системы и правил судебного процесса, неразвитость общественных институтов, обеспечивающих юридическую защиту различных групп населения .

Мониторинги по проблеме доступности правосудия в различных регионах России рассматривают разнообразные, в том числе и самые, казалось бы, мелкие аспекты, определяющие доступность правосудия для граждан, а именно: получение информации о порядке обращения в суд, способы получения этой информации, организация консультаций у адвокатов, наличие или отсутствие необходимой информации в здании суда, представительство интересов в суде, процедуры оформления заявления (жалобы) в суд и способы их подачи, необходимое количество посещений суда, организация и ограничение приема населения, доступность канцелярских принадлежностей.

Приведенный пример мониторинга работы судов иллюстрирует актуальность рассматриваемой проблемы и указывает на необходимость дальнейшей работы и обмена опытом между организациями. Здесь можно выделить две стратегии:

1) общественное образование по вопросам прав, обязанностей и увеличивающихся возможностей открытия правовых служб для малообеспеченных. Эта стратегия относится к важным аспектам проблемы доступа к правосудию: общественное знание о правах и правовой защите, доступной через правовую систему, и необходимой помощи, предоставляемой адвокатом, способствует простоте и справедливости юридического процесса;

2) применение судами практики и процедур, которые облегчают обращение в суд. Исследования показывают, что в этом случае доверие общества к юридической системе и сопутствующее обращение в суд возрастают.

Например, судебный персонал должен быть доступен гражданам в определенное время, удобное для работающих людей. Человек, который хочет спросить о подаче иска, должен иметь возможность позвонить в суд и получить четкую информацию. Таким образом, наиболее важные стратегии для увеличения количества обращений в суд для защиты прав — это образование и личное отношение.

Общественные организации крайне необходимы в определении общественной проблемы при обеспечении доступа к правосудию, потому что их роль — помогать и говорить от имени ущемленных в своих правах членов общества. Эти организации имеют также в своих руках некоторые ключи доступа к суду, потому что они могут помочь людям использовать правовую систему и, делая это, приучают правовую общественность служить большей части населения .

Бесспорно, что на доступность правосудия и возможность граждан обратиться в суд для защиты своих нарушенных прав и интересов прямо влияет совокупность всех связанных с этим расходов. Когда судебные расходы являются непосильными для большинства граждан, ситуацию с доступностью правосудия нельзя назвать нормальной. Если задуматься, то эффективное, качественное и своевременное правосудие объективно не может быть дешевым, это объясняется неукоснительным следованием процессуальной форме, гарантией независимости и квалификацией судей, достойным финансированием судов и т.д. В то же время, если суд не обеспечивает эффективную защиту прав, не отвечает предъявленным к нему требованиям, не является независимым и беспристрастным, то и право доступа к правосудию не может считаться гарантированным. Для качественного и успешного ведения дела в суде необходимо профессиональное юридическое представительство на всех его стадиях, а это неизбежно удорожает судебный процесс, увеличивает издержки граждан. Между тем невозможность пользования услугами грамотного представителя означает затруднение доступа к правосудию .

Зачастую препятствием для обращения граждан в суд является размер госпошлины, который они обязаны уплатить. На первый взгляд кажется, что чем меньше размер госпошлины, тем доступнее правосудие. Однако в действительности это не совсем так. По мнению М. П. Прониной, коль скоро общество принимает на себя лишь часть расходов на осуществление правосудия, возлагая на тяжущихся значительную часть бремени соответствующих затрат, то от размера госпошлины (и соответственно возможностей бюджета по финансированию судебной системы) зависит создание условий для полноценного судебного разбирательства, без чего невозможно утверждать о реализации права на доступ к суду. Исходя из сказанного автор делает вывод, что для обеспечения этого права размер госпошлины должен быть достаточным, чтобы обеспечить эффективное правосудие .

На наш взгляд, расходы, которые граждане несут в связи с обращением в суд, не должны являться препятствием для защиты своих прав и законных интересов. Необходимо учитывать различный уровень доходов граждан и в то же время помнить о том, что

Конституция РФ гарантирует каждому право на доступ к правосудию и квалифицированную юридическую помощь.

Многие авторы отмечают непосредственную связь вопроса о подведомственности и подсудности с вопросом о доступности правосудия. Анализ проблемы следует начать с того, что существующая дифференциация судов вызывает трудности при определении компетентного суда, которому с учетом его территориальной и предметной юрисдикции подсудно конкретное дело в первой инстанции. Несмотря на некоторые моменты, связанные со снижением свободного доступа к судебной защите в связи с трудностями в выборе суда, уполномоченного на разрешение спора, отрицать необходимость дифференциации нельзя. Она позволяет учитывать специфику субъективного материального права, подлежащего судебной защите, способствует специализации судебной деятельности, что приводит к повышению качества осуществления правосудия. Однако при неразумном подходе к решению этой проблемы отрицательные последствия дифференциации могут превысить положительный эффект, снизить доступность судебной защиты. В связи с этим следует с осторожностью относиться к предложениям о дальнейшем дроблении судебной системы. Так, длительное время в литературе рассматривается идея создания для рассмотрения дел о защите прав, возникающих из публичных правоотношений, административных судов. Но реализация такой идеи действительно приведет к усложнению судебной системы, увеличению споров о подведомственности и подсудности, отрицательно скажется на доступности и эффективности судебной защиты .

По нашему мнению, дифференциация судов, вопросы подведомственности и подсудности не должны являться препятствием для обращения граждан в суд за защитой нарушенных прав. Необоснованное же усложнение судебной системы способно вызвать трудности при определении компетентного суда, которому с учетом его территориальной и предметной юрисдикции подсудно конкретное дело.

Огромное количество разнообразных судебных структур хотя и «приглашает» население к общению с ними (доступ к правосудию) для разрешения споров и конфликтов, все же ограничивает инициативу граждан к самостоятельному урегулированию таковых, к полюбовному (мирно, без суда) улаживанию проблем путем обсуждения, взаимных уступок и соглашений, так как суды — это органы государственной власти, значит, они -силовые структуры. Следует же больше развивать структуры с правомочиями досудебного примирения.

Необходимо отметить, что доступ к правосудию связан и с состоянием судебных зданий и присутственных мест судей. Суд — учреждение публичное, в него должен иметь возможность войти каждый, даже инвалид, но пока российские суды предназначены только для здоровых людей. Как правило, здание суда многоэтажное (два-три этажа), однако лифты и пандусы для инвалидов встречаются крайне редко. Свои сложности возникают у слабослышащих людей — сурдопереводчики не предусмотрены, объясниться без них с сотрудниками канцелярии просто невозможно. А ведь без доступности судопроизводства и юридической помощи для населения говорить об эффективности судебной реформы не имеет смысла, так как она проводится прежде всего для простых граждан, а не для удобства властных структур .

На наш взгляд, в настоящее время данная проблема является весьма актуальной. Необходимо создание условий для возможности беспрепятственного обращения в суд граждан с ограниченными возможностями.

Вопросы качества и оптимизации работы российских судов, доступности правосудия для населения неразрывно связаны с дальнейшим развитием судебной системы. На это обратил внимание Президент Российской Федерации В. В. Путин. Для решения этой проблемы Президент предложил конкретные шаги: сделать правосудие доступным для граждан, для чего бремя доказывания в административном судопроизводстве воз-

ложить на административный орган, а не на гражданина, создать единую, открытую, доступную базу всех судебных решений в судах общей юрисдикции, предоставить возможность интернет-трансляции судебных заседаний и публикации стенографических отчетов, использовать элемент «прецедентного права» для непрерывного совершенствования суда, возродить «судебную» журналистику, что позволит шире и глубже обсуждать правовые проблемы общества, повышать уровень правосознания граждан .

Немаловажную роль в решении рассматриваемой проблемы должно играть развитие системы «электронного обеспечения правосудия». В настоящее время в соответствии со ст. 14 Федерального закона от 22 декабря 2008 г. № 262-ФЗ «Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации» у каждого федерального суда, мирового судьи появился сайт в сети Интернет, на котором размещены общая информация о суде (организационная структура, полномочия, регламент суда, инструкция по делопроизводству в суде и иные акты, регулирующие вопросы внутренней деятельности суда, фамилии, имена и отчества председателя суда, заместителей председателя суда, судей, руководителя аппарата суда), информация, связанная с рассмотрением дел в суде, сведения о находящихся в суде делах, сведения о вынесении судебных актов по результатам рассмотрения дел и др. .

По мнению Е. В. Кудрявцевой, информационные технологии будут широко использоваться в арбитражных судах: предполагается создание видеоархивов, проведение в режиме реального времени специальных трансляций из залов судебных заседаний на внешние мониторы и в сеть Интернет, а также различного рода совещаний и семинаров .

По нашему мнению, система электронного правосудия способна не только существенно облегчить гражданам доступ к правосудию, но и повысить эффективность работы судебной системы. В связи с этим необходимо дальнейшее внедрение информационных технологий в систему правосудия.

Таким образом, проблема доступности правосудия является весьма актуальной для российской судебной системы на современном этапе. Она включает в себя множество разнообразных аспектов, среди которых можно выделить такие, как уменьшение размера судебных расходов, упрощение процедур для обращения в суд, расширение сферы деятельности общественных организаций, призванных оказывать гражданам правовую помощь и защиту их прав и интересов, оптимизация нагрузки судей, развитие системы электронного обеспечения правосудия и пр. И для повышения доступности правосудия необходим комплексный подход к проблеме с ее тщательной проработкой на законодательном уровне.

Список литературы

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

6. Изварина, А. Ф. Доступ к правосудию и состояние обеспечения защиты прав граждан /

A. Ф. Изварина // Юристъ — Правоведъ. — 2009. — № 5. — С. 53-56.

7. Мартышкин, В. Н. Оптимизация нагрузки судей — доступность и качество правосудия /

B. Н. Мартышкин // Социально-политические науки. — 2012. — № 2. — С. 103-108.

Артёмова Дарья Игоревна

кандидат юридических наук, доцент, кафедра правосудия, Пензенский государственный университет E-mail: artdarya@yandex.ru

Artemova Dar’ya Igorevna

candidate of juridical sciences, associate professor, sub-department of justice, Penza State University

Медведева Елена Алексеевна

студентка,

Пензенский государственный университет E-mail: el.medvedeva2010@yandex.ru

УДК 342.56(470)

DOI: 10.18384/2310-6794-2019-1-28-38

ПРОБЛЕМЫ СОВЕРШЕНСТВОВАНИЯ СУДЕБНОЙ СИСТЕМЫ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ НА СОВРЕМЕННОМ ЭТАПЕ

Догадайло Е. Ю, Носов С. И., Чепунов О. И.

Российская академия народного хозяйства и государственной службы при Президенте Российской Федерации

119571, г. Москва, Проспект Вернадского, д. 84, Российская Федерация

Аннтотация. В основе работы — анализ эмпирического материала по организации и совершенствованию судебной системы в Российской Федерации как главного механизма разрешения возникающих в обществе социальных конфликтов и споров. Основная цель исследования выявление особенностей и проблем, сложившихся в российской судебной системе. Авторы приходят к выводу, что необходимо продолжение судебной реформы как в повышении открытости судебной системы, так и в совершенствовании её внутренней структуры и развитии системы связей с различными институтами гражданского общества. Проблемы, возникающие в процессе совершенствования судебной системы, носят комплексный характер. Они сложны и многообразны, и без осмысления результатов существующего опыта реформирования судебной системы, без рассмотрения и определения тенденций современной правовой модернизации невозможно её эффективное развитие. Результатом проведенного исследования явились предложения по совершенствованию и развитию судебной системы для повышения качества и доступности правосудия в Российской Федерации. Статья адресована широкому кругу читателей, интересующихся проблемами права и государства, студентам юридических вузов, сотрудникам правоохранительных органов и другим государственным служащим, а также специалистам, интересы которых находятся в судебной сфере.

Ключевые слова: правоприменение, правосудие, судья, информатизация, процессуальное действие.

CURRENT PROBLEMS OF IMPROVING THE JUDICIAL SYSTEM OF THE RUSSIAN FEDERATION

E. Dogadailo, S. Nosov, O. Chipunov

© CC BY Догадайло Е. Ю., Носов С. И., Чепунов О. И., 2019.

Keywords: law enforcement, justice, judge, informatization, procedural action.

Вопросы повышения эффективности функционирования судебной системы в Российской Федерации являются предметом постоянного повышенного внимания со стороны общества, представителей науки, практических работников, бизнеса. Не случайно доверие общества к судебной власти всегда рассматривалось как важнейший индикатор справедливого, независимого и эффективного правосудия. Между тем в адрес судебных органов нередко поступает весьма острая критика в части недостаточной обоснованности выносимых судебных решений, обеспечения доступности и открытости правосудия, необходимости укрепления кадрового состава судейского корпуса.

Всё чаще у учёных и практиков возникает ощущение, что судебная власть постепенно превращается в «замкнутую саморегулируемую систему», никому не подотчётную, освобождённую от какого-либо действенного контроля . Эти вопросы имеют широкий общественный резонанс и активно обсуждаются в научной среде . Указанной проблематике посвящены целый ряд крупных научных исследований и множество публикаций в средствах массовой информации1.

Примером такого рода исследований, посвящённых проблемам реформирования судебной системы в России, являются монографические работы экспертов Института проблем правоприменения при Европейском университете в Санкт-Петербурге и научные работы, доклады2 Центра стратегических разработок .

Например, Центр стратегических разработок (ЦСР) предлагает следующие направления совершенствования судебной системы Российской Федерации :

— преодоление обвинительного уклона при вынесении приговоров;

— снижение организационной зависимости судей от председателей судов;

— изменение политики рекру-тинга судей;

— снижение нагрузки на судей с сохранением доступности правосудия.

При этом также приводятся аргументы о необходимости внесения таких изменений в порядок работы квалификационных коллегий судей, чтобы возможность привлечения к ответственности любого судьи без конкретизации оснований была в зна-

чительной степени затруднена. Этому, по мнению авторов данного предложения, могли бы способствовать увеличение открытости работы квалификационных коллегий, повышение роли независимых представителей общественности в их работе, введение иных мер дисциплинарного воздействия на судью (кроме замечания и прекращения полномочий).

Предлагается также расширение юрисдикции суда присяжных, поскольку «решения присяжных не подвержены влиянию организационных ограничений профессиональных судей и ведомственных интересов обвинения». Рекомендуется принятие программы развития суда присяжных, включающей расширение использования данного института, его организационную поддержку, совершенствование процедур отбора присяжных, формирование в обществе идеи важности участия граждан в работе судов присяжных.

В целях снижения организационной зависимости судей от председателей судов предлагается:

— изменить принципы назначения и осуществления полномочий председателями судов (выборы председателя суда, ограничение срока его пребывания в должности, введение обязательной ротации председателей судов каждые 3 года с запретом занимать должность повторно);

— освободить председателей судов от организационно-хозяйственных функций, передав их администраторам судов, не имеющим отношения к судопроизводству;

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

— внести в процессуальное законодательство положения, в соответствии с которыми должен быть

установлен в качестве обязательного случайный (с использованием электронной системы) принцип распределения дел в судах (где есть специализация судей).

По мнению экспертов Центра стратегических разработок, в существующей системе качественной подготовки и кадрового отбора судей для судебной системы требуется серьёзная реформирование. На сегодняшний день действующей системой отбора судей не обеспечиваются необходимые предпосылки для назначений на судейские должности «квалифицированно подготовленных юристов и не создает действенных и эффективных механизмов для ограничений принятия в судейское сообщество лиц с низким уровнем профессиональных знаний и моральных качеств» . Достижение данной цели, по мнению экспертов, связано с решением следующих научно-практических задач:

— повышения роли органов судейского сообщества в существующей процедуре назначения судей;

— изменения квалификационных требований к кандидату на должность судьи;

— изменения стимулов работы в аппарате судов;

— изменения системы подготовки и процедуры назначения судей;

— создания центра подготовки судей;

— разработки содержательных профессиональных стандартов для судьи, или модель «идеального судьи»1.

Мерой по улучшению отбора, подготовки и назначения судей могут

1 Эксперты описали идеального кандидата в судьи // Право: . URL: pravo.ru/news/ view/147100 (дата обращения: 12.12.2018).

стать, по мнению экспертов ЦСР, изменение требований к стажу работы, необходимому для будущего судьи. В частности, кандидат на должность судьи должен иметь опыт работы не менее чем в 2-х разных сферах юридической практики, не менее 3 лет в каждой сфере. Предлагается увеличение минимального юридического стажа, требуемого для назначения на должность судьи, до 10 лет или увеличения возраста для кандидата в судьи до 35 лет. Хотя бы одно из мест работы должно относиться к отраслям юридической практики, непосредственно связанной с судебной сферой. Результатом принятия таких мер должно стать снижение количества кандидатов в судьи из правоохранительных органов или из аппаратов судов.

Несомненно, многие предлагаемые Центром стратегических разработок меры направлены на совершенствование функционирования судебной системы в целом. В частности, это касается предложения изменить требования к стажу работы кандидата на должность судьи. Закрепление различных сфер юридической практики в качестве обязательных для кандидата в судьи, как и стремление механически снизить количество кандидатов -представителей правоохранительных органов вряд ли могут привести к ожидаемому результату — качественному повышению состава судейского корпуса.

Кроме того, требование к возрасту кандидата для назначения на должность судьи (не менее 25 лет), как и требование к стажу работы по юридической профессии (не менее 5 лет) установлены ст. 119 Конституции РФ. Сложившаяся и оправдавшая себя

многолетняя практика применения указанных требований к кандидатам на должности судей не вызывает каких-либо серьёзных нареканий со стороны юридической научной общественности и специалистов-практиков. Кроме того, в определённых случаях законодательство устанавливает более высокие требования к стажу работы и возрасту кандидатов для назначения на должности судей (например, при назначении на должности судей верховных, областных, краевых судов, судей Верховного и Конституционного Судов РФ). В этой связи предложения Центра по увеличению возраста и стажа кандидатов на должность судей требуют дополнительного обоснования и соответствующих пояснений относительно того, о каких именно судах идёт речь.

Высказываются предложения о необходимости закрепления в законодательстве норм, предусматривающих участие в качестве представителей в гражданском и арбитражном процессе только лиц, имеющих высшее юридическое образование. Более того, подобные законодательные инициативы уже вносились в Государственную Думу Федерального Собрания РФ1.

Введение института профессионального представительства (предлагается внести изменения в ст. 49, 53 ГПК РФ и 59, 61 АПК РФ) обосновывается необходимостью оказания квалифицированной юридической помощи гражданам и юридическим лицам и повышением качества такой

1 Законопроект № 273154-7 «Об осуществлении представительства сторон в судах и о внесении изменений в отдельные законодательные акты» (не действует) // Система обеспечения законодательной деятельности . URL: sozd. duma.gov.ru (дата обращения: 12.12.2018).

помощи. Вместе с тем заявленная цель получения более высокого стандарта правовой помощи на практике может привести к негативным последствиям из-за отсутствия возможности найти профессионального юриста за пределами крупных населённых пунктов. Предлагаемые законодательные изменения могут лишить стороны возможности обращаться к лицам, хотя и не имеющим юридического образования, но обладающим необходимыми профессиональными знаниями и опытом.

В настоящее время в порядке гражданского судопроизводства (по первой инстанции) рассматривается около 13 млн дел в год, многие из которых являются незначительными по сумме исковых требований. Введение обязательного требования о судебном представительстве только лиц с высшим образованием может привести к значительному повышению судебных расходов лиц, обращающихся в суд даже по малозначительным делам. Не случайно в принятом федеральном законе № 451-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации»1 требование о судебном представительстве лиц, имеющих высшее юридическое образование или ученую степень по юридической специальности, не распространяется на судебные дела, рассматриваемые районными судами и мировыми судьями.

Рассматривая предложенные меры ЦСР, следует отметить, что многие из указанных рекомендаций обусловле-

ны стремлением повысить эффективность работы судейского корпуса. И, конечно же, они заслуживают самого пристального внимания и активного обсуждения в научном сообществе и среди практических работников.

Некоторые вопросы уже нашли свое отражение в законопроектах, внесенных на рассмотрение в Государственной Думе Федерального Собрания РФ. Часть из законодательных актов уже приняты, например: Федеральный закон № 190-ФЗ «О внесении изменений в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации в связи с расширением применения института присяжных заседателей»2, многие положения которого введены в действие с 1 июня 2018 г., федеральный закон № 265-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации»3.

Давайте остановимся ещё на некоторых проблемах, направленных на совершенствование деятельности судебных органов.

В целях формирования независимых и самостоятельных апелляционных и кассационных инстанций предлагалось создание окружных кассационных и межрегиональных апелляционных судов общей юрисдикции. Их структурное выделение не было бы связано с границами административ-

2 Федеральный закон от 23.06.2016 № 190-ФЗ «О внесении изменений в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации в связи с расширением применения института присяжных заседателей» // Система обеспечения законодательной деятельности: . URL: sozd. duma.gov.ru (дата обращения: 12.12.2018).

3 Федеральный закон от 13.07.2015 № 265-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» // Собрание законодательства РФ. 2018. № 31. Ст. 4854.

но-территориального деления. Это, с одной стороны, послужит унификации построения судебной системы, а с другой, — оптимизирует судебную нагрузку.

В июле 2018 г. были приняты федеральный конституционный закон № 1-ФКЗ «О внесении изменений в Федеральный конституционный закон «О судебной системе Российской Федерации»» и отдельные федеральные конституционные законы в связи с созданием кассационных судов общей юрисдикции и апелляционных судов общей юрисдикции1, предусматривающие образование в Российской Федерации 9 кассационных и 5 апелляционных судов общей юрисдикции.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Структурное выделение звена кассационных и апелляционных судов общей юрисдикции направлено на оптимизацию судебной нагрузки, совершенствование иерархии построения судебной системы с учетом положительного опыта функционирования этих видов судов в системе арбитража.

В части мер, касающихся повышения роли органов судейского сообщества в существующей процедуре назначения судей, а также снижения организационной зависимости судей от председателей судов, следует отметить, что указанные идеи, высказанные экспертами Центра, частично нашли своё отражение в федеральном зако-

1 Федеральный конституционный закон от 29.07.2018 № 1-ФКЗ «О внесении изменений в Федеральный конституционный закон «О судебной системе Российской Федерации» и отдельные федеральные конституционные законы в связи с созданием кассационных судов общей юрисдикции и апелляционных судов общей юрисдикции» // Российская газета. 2018. 31 июля.

не № 243-ФЗ2 и в не вступившем еще в силу Федеральном законе от 29.07.2018 № 265-ФЗ «Об органах судейского сообщества в Российской Федерации»

Внесённые изменения направлены на снижение роли председателей судов при назначении судей и повышение роли квалификационных коллегий судей. В частности, вносится изменение в действующую процедуру рекомендации гражданина на должность судьи: согласно предлагаемому порядку положительное решение о рекомендации гражданина на должность судьи принимается квалификационной коллегией судей без обязательного согласия с указанным решением председателя суда.

Экспертное сообщество в целом позитивно относится к предлагаемым мерам3: предполагается, что такие изменения будут способствовать ожидаемым результатам повышения объективности рассмотрения дел, укреплению независимости судей.

Заслуживают всемерной поддержки меры, направленные на совершенствование законодательных требований в части получения гражданами полной и достоверной информации о деятельности судов, осуществления комплекса мероприятий по обеспечению гласности и прозрачности при

3 Верещагин А. Н. О развитии суда присяжных в России // Отрасли права. Аналитический портал . URL: http://xn—-

7sbbaj7auwnffhk.xn--p1ai/article/24709 (дата обращения: 15.12. 2018).

осуществлении правосудия. Это прежде всего означает:

— возможность присутствия граждан, в том числе представителей организаций (юридических лиц), общественных объединений, средств массовой информации, органов государственной власти и органов местного самоуправления, в открытом судебном заседании;

— возможность фиксации хода судебного разбирательства, в том числе с использованием технических средств (средств аудио и видеозаписи);

— более широкое освещение деятельности судов в средствах массовой информации;

— размещение информации о деятельности судов в интернете;

— предоставление пользователям по запросу информации о деятельности судов;

— возможность передачи процессуальных документов в суд в электронном виде, в том числе в виде электронного документа.

Рассмотрим предложение об отмене требования обязательного юридического образования для секретаря судебного заседания и секретаря суда. Секретарь судебного заседания является процессуальной фигурой, он наделён определёнными процессуальными полномочиями, ему в установленном порядке могут быть заявлены отводы. Нет сомнений в том, что указанное лицо должно обладать юридическими знаниями, знаниями процессуального законодательства. Следовательно, требование наличия у секретаря судебного заседания высшего юридического образования является обоснованным. Не случайно многие из них наряду с помощниками судей составляют ка-

дровый резерв на занятие должности судьи. Секретарь же суда не наделяется процессуальными полномочиями, осуществляет в основном организационно-технические функции. В этой связи требование наличия для него обязательного высшего юридического образования представляется излишним.

Вызывают серьёзные сомнения и предлагаемые меры по снижению судебной нагрузки. Так, в качестве меры, которая должна привести к снижению судебной нагрузки на судей, предлагается существенно расширить перечень судебных дел, по которым не требуется составления мотивировочной части решения суда. При этом целью отказа от мотивировочной части решения провозглашается повышение качества правосудия.

Как неоднократно отмечалось в юридической литературе, подход, предполагающий отказ от составления мотивировочной части судебного решения в качестве основного правила, является необоснованно широким и преждевременным. Провозглашаемая цель добиться процессуальной экономии на практике может привести к фактическому ограничению права на доступ к правосудию, а в итоге — к усилению закрытости судебной власти. Принятие указанного порядка приведёт к тому, что мотивы принятия большинства судебных решений будут неясными. Существенное упрощение требований к формальной стороне выносимых судебных решений, лишённых мотивировочной части с указанием доводов, по которым они вынесены, может создать немало проблем и при рассмотрении этих дел вышестоящими судебными инстанциями.

Приоритетным направлением развития судебной системы является повышение качества и доступности правосудия. В этом направлении, оптимизируя процессуальное законодательство, следует сформировать конструктивные подходы к определению оптимально-приемлемых сроков рассмотрения дел и осуществления отдельных процессуальных действий, уточнению порядка извещения лиц, участвующих в деле, введению упрощенной формы судопроизводства, оптимизации круга гражданских дел, по которым должны составляться мотивированные судебные решения, расширению институтов досудебного и внесудебного урегулирования споров, развитию института третейского разрешения споров, модернизации системы исполнения судебных актов, совершенствованию законодательства об экспертной деятельности и сокращении сроков производства судебных экспертиз.

Требуется дальнейшее обеспечение открытости и прозрачности при осуществлении правосудия путем внедрения в деятельность судов современных информационных и электронных технологий. Актуальным являются формирование информационного ресурса юридически значимых консолидированных сведений по делам с вынесенными процессуальными (в том числе и исполнительными) документами, перевод архивов судебных документов в электронный вид.

На современном этапе в соответствии с Концепцией развития информатизации судов до 2020 г. осуществляются мероприятия по интеграции автоматизированных систем

федеральных арбитражных судов в ГАС «Правосудие»1.

Разработан порядок выдачи электронных подписей судьям федеральных судов общей юрисдикции и работникам аппаратов судов. Введён в действие «Модуль распределения дел» программного средства ГАС «Правосудие», автоматизированы процессы отображения информации о движении судебных дел и подготовке текстов судебных актов к размещению на официальных сайтах судов; разработан комплекс программ «Электронное хранилище судебных документов», вошедший в состав комплекса программ «Судебное делопроизводство».

Несмотря на нововведения, в сфере электронного правосудия остаётся ещё много проблем. Так, большое число нареканий поступает от граждан и организаций на порядок подачи исковых заявлений в электронном виде, размещение информации о рассмотрении дел в судах. Очевидно, что внедрение и широкое использование современных информационных и электронных технологий в деятельности судов требует их соответствующей настройки при неукоснительном соблюдении принципа доступности правосудия.

Проблемы, возникающие в процессе совершенствования судебной системы, носят комплексный характер, сложны и многообразны. Учёными, практиками, всем юридическим законодательным сообществом должны

быть выработаны необходимые меры, способные повысить доступность и качество правосудия, а также нейтрализовать то недоверие к судебной системе, которое существует у значительной части общества.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Механизмы взаимоотношения судебной власти с иными органами государственной власти проявляются в специальных формах и должны быть подчинены единой политико-правовой воле государства по выполнению общесистемных целей и реализующих-

ся через правоприменение и нормотворчество, вследствие чего действуют корреспондирующие организационно-правовые формы реализации взаимодействия. Такие механизмы взаимодействия должны действовать на основе детальной нормативно-правовой регламентации деятельности судов и государственных органов, в том числе по передаче и получению информации через систему межведомственного электронного взаимодействия.

ЛИТЕРАТУРА

1. Айвар Л. К. Судьи в кризисе // Эж-Юрист. 2008. № 31 (536). С. 5-6.

3. Российские судьи как профессиональная группа: социологическое исследование / В. В. Волков и др. СПб.: Институт проблем правоприменения Европейского университета в Санкт-Петербурге, 2012. 60 с.

4. Колоколов Н. А. Судебная власть: предложения Совета при Президенте России // Мировой судья. 2017. № 12. С. 11-17.

5. Кашепов В. П. Надзор за судебной деятельностью как конституционное начало организации судебной деятельности // Журнал российского права. 2017. № 12. С. 43-54.

8. Сиротюк А. З. О проблемах определения элементов системы органов судебной власти Российской Федерации и включения в нее органов со сложной правовой природой // Российская юстиция. 2016. № 11. С. 42-45.

9. Судебная практика в современной правовой системе России / Т. Я. Хабриева и др. М.: Норма: Инфра-М, 2017. 432 с.

10. Чепунов О. И. Об эффективности судебной власти // Современное право. 2009. № 5 (1). С. 79-83.

1. Aivar L. K. . In: Ezh-Yurist , 2008, no. 31 (536), pp. 5-6.

10. Chepunov O. I. . In: Sovremennoepravo , 2009, no. 5 (1), pp. 79-83.

Догадайло Екатерина Юрьевна — доктор юридических наук, доцент, профессор кафедры конституционного права юридического факультета Института права и национальной безопасности Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте Российской Федерации; e-mail: dogadailo@gmail.com

Носов Сергей Иванович — доктор юридических наук, профессор, профессор кафедры конституционного права юридического факультета Института права и национальной безопасности Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте Российской Федерации; e-mail: sinosov@mail.ru

Чепунов Олег Иванович — доктор юридических наук, профессор, заведующий кафедрой конституционного права юридического факультета Института права и национальной безопасности Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте Российской Федерации; e-mail: chepunovoleg@yandex.ru

INFORMATION ABOUT THE AUTHORS

ИНФОРМАЦИЯ ОБ АВТОРАХ

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

ПРАВИЛЬНАЯ ССЫЛКА